mirrinminttu (mirrinminttu) wrote,
mirrinminttu
mirrinminttu

Category:

Дети Ричарда III - Эдвард Миддлхэмский-1

По вполне очевидной причине, людей, интересующихся Ричардом III, интересует вопрос о количестве его детей, и о том, как сложилась их судьба. Рикардианцы-историки эту тему не очень любят, потому что материалов, дающих исчерпывающую картину, просто нет, есть только кусочки информации. Когда-то, давным-давно, Питер Хэммонд публиковал в журнале сообщества небольшую статью по этому вопросу, и потом его долго-долго не оставляли в покое просьбами написать о детях короля книгу, что он, в конце концов, и сделал. Ведь со времен выхода статьи, появились кое-какие новые материалы. Тем не менее, хочу сказать на всякий случай, что сам Хэммонд брался за эту работу без особого энтузиазма. По его мнению, материалов всё ещё совершенно недостаточно для написания академического исследования. Но он собрал всё, что имелось, и книга («Children Of Richard III” by Peter Hammond) была написана. И я вас познакомлю с выводами Хэммонда.



Начинает он свой обзор с Эдварда Миддлхемского, единственного известного законного ребенка Ричарда III. И начинает именно этими осторожными словами, «Edward of Middleham, Prince of Wales, was the only legitimate of whom we have firm evidence...»

До того, как началась совместная история Анны Невилл, второй дочери графа Уорвика-Кингмейкера, и Ричарда Глостерского, младшего брата короля Эдварда IV, Анна стала частью договора между своим отцом и бежавшей из Англии королевой Маргарет Анжуйской, супругой отстраненного от правления короля, Генри VI. По условиям этого договора, Анна Невилл становилась женой наследного принца Эдварда Вестминстерского, если графу Уорвику удастся восстановить на троне Генри VI и установить власть дома Ланкастеров на большей части территории Англии.

Анна Невилл и Эдвард Вестминстерский были объявлены мужем и женой главным викарием Байё (vicarius generalis) в Амбуазе, в декабре 1470 года. Главный викарий – это заместитель епископа. Естественно, мне стало интересно, кто был в том году епископом Байё, и почему не он соединил новую дружбу старых врагов. Епископом был Луи д’Аркур, внебрачный сын графа Жана VIII д’Аркура. Статуса наследника внебрачный сын унаследовать не мог, и его отправили в жизнь по церковной стезе. И, хотя титулов у этого прелата было немало (епископ Безье, архиепископ Нарбонны, епископ Байё, патриарх Иерусалимский), его биографии я не нашла. Возможно ли, что Луи д’Аркур занимался политикой при дворе, оставив конкретное исполнение церковных обязанностей на своих заместителей? В таком случае, именно это могло быть причиной, что брак Анны и Эдварда скрепил заместитель епископа. Ну, о епископе Луи можно хотя бы сказать, что он был богат.





В дальнейшем, с викторианских, видимо, времен, даже некоторые уважаемые историки пытались дать понять, что этот брак Анны Невилл остался формальным, потому что он был типичным «браком с условим», то есть отложенным браком – до тех пор, пока отец невесты не выполнит свою часть условий договора. Хэммонд, тем не менее, уверенно пишет, что в декабре 1470 года граф Уорвик это условие, несомненно, уже выполнил, так что брак его дочери с ланкастерианским принцем-наследником формальным точно не был. Но, естественно, никто не может ни утверждать, что брак был консуммирован, ни отрицать это. В Англию, во всяком случае, Эдвард свою молодую жену повез, и она несомненно была частью своей новой семьи, потому что её мать добиралась до Англии отдельно.

После гибели Эдварда Вестминстерского при Тьюксбери, Анна попала в плен вместе со свекровью, королевой Маргарет. Как главный коннетабль королевства, Ричард Глостерский разбирался с пленниками, и, скорее всего, тогда он впервые во взрослом возрасте встретил Анну Невилл. И почти сразу попросил разрешения короля на брак с ней. Джордж Кларенс, средний брат, женатый на старшей сестре Анны, которая была назначена её опекуном, к 17 февраля 1472 года согласился, чтобы опекаемая его семьей Анна стала женой Ричарда, но с условием, что «they shall part no lyvelode». Иначе говоря, делить наследство жены он не был намерен. К этому моменту, Ричард уже владел данными ему братом-королем землями, принадлежавшими покойному Кингмейкеру по мужской линии. Через месяц, Кларенс дал согласие, чтобы часть владений, принадлежавших, вообще-то, сидящей под защитой монастырских стен графине Уорвик, была отдана Анне. Взамен, Джордж получил графства Уорвик и Солсбери, и пост Лорда Лейтенанта Ирландии на 20 лет. Молодые получили патент на брак 18 марта 1472 года, и, по-видимому, после этого запросили диспенсацию, потому что Анна и Ричард были в родстве по нескольким линиям – и по линии Невиллов, и по линии королевского родства дома Йорков с домом Ланкастеров, к которым принадлежал первый муж Анны.

Всё хорошо? Как бы не так! В 1473 году снова разразился скандал, спровоцированный, возможно, тем, что в июне 1473 года графиня Уорвик, мать Анны, переехала из аббатства Бьюли в Миддлхэм. Естественно, при дворе это породило спекуляции о возможности возвращения графине её земельного имущества, и Кларенс закусил удала. Где была практически два года сама Анна, никто точно не знает. Факт, что она была где-то спрятана властью Кларенса, причем, спрятана совершенно законно, потому что супруга герцога, Изабель, была единственным на тот момент членом семьи, имевшим право на опеку сестры. Вряд ли, впрочем, девушка была спрятана среди кухонной прислуги (это просто бессмысленно), и вряд ли даже её охраняли, потому что Глостер без всяких трудностей увез Анну оттуда, где она была, и поместил в убежище при аббатстве св. Мартина. Сколько времени Анна находилась в убежище, нет никаких данных. Можно только с высокой уверенностью утверждать, что нигде близ владений Глостера она не была – иначе Джордж точно бы вцепился в возможность выдвинуть против брата обвинение в похищении.

Впервые в документации Анна фигурирует в бумагах майского парламента 1475 года – и уже как герцогиня Глостерская. Именно этот парламент и разделил официально владения графини Уорвик между её дочерями «как если бы она была уже мертва». Разделом занимался сам король, а не независимый арбитраж. В целом, Ричард получил владения Невиллов-Солсбери, и Джордж – владения Бьючампов/Бошанов-Деспенсеров. Владения были закреплены за Ричардом в феврале 1475 года, и Акт о владении содержал интересный пассаж: «yf the seid Richard Duke of Gloucester and Anne bee hereafter devorced, and after the same be lawfully maried, that yet this present Acte be to theym as good and vaillable as yf no such devorce had been had but as yf the same Anne had contynued wyfe to the seid Duke of Gloucester». В переводе с бюрократического на человеческий, этот пассаж говорит, что если по какой-то причине Анна и Ричард окажутся разведены и не смогут пожениться снова, владения, отписанные Ричарду после раздела наследства Кингмейкера, останутся за ним. Это действительно очень странный пассаж, заставляющий думать о том, что и мае 1475 года пара не имела папской диспенсации на брак. То есть, теоретически, папа мог объявить их брак недействительным, расторгнуть его, и даже закрыть паре возможность пожениться снова после этого расторжения. Прецеденты были.

Тем не менее, Хэммонд этот вариант отвергает. Потому что, во-первых, в архивах Ватикана одна из диспенсаций на брак Ричарда и Анны, датированная 22 апреля 1472 года, была найдена, в конечном итоге. И, во-вторых, Ричард не был человеком, готовым рискнуть важными аспектами легитимности своего брака, как то законность наследников, если таковые появятся, да и законность владений тоже. Диспенсация, которая не была ещё найдена, касается того, что и Анна, и Ричард были потомками Эдмунда Лэнгли. Эдмунд был пра-прадедом Ричарда, а бабушка Анны, Изабель Деспенсер, была внучкой того же Эдмунда через его дочь Констанцию. Это рассматривалось родством в третьей и четвертой степени. И да, по церковным законам, даже для брака таких, не очень-то близких, родственником, была нужна диспенсация (разрешение).

Эта диспенсация либо просто не найдена ещё, либо дело в том, что в 1467 году Кингмейкер запросил диспенсацию не только для Изабель и Джорджа, но и для Анны и Ричарда. Копия диспенсации для Джорджа и Изабель существует, хотя оригинал утерян или не найден. Нет оснований полагать, что папская канцелярия не выдала бы диспенсацию и для Анны с Ричардом, имеющих те же родственные связи. Прелесть этих диспенсаций заключается в том, что они не имеют ограничения по времени, и не отменяются событиями в жизни тех, кому они выданы. То есть, Анна и Ричард поженились, скорее всего, сразу, как только была получена диспенсация из Рима (где-то в мае 1472 года), но не до того, как было достигнуто согласие между королем и герцогом Кларенсом. Хэммонд устанавливает для этого брака границы между концом ноября 1472 и началом апреля 1473 года.

Правда, существует одна, странная во всех отношених хроника, Hearne’s Fragment, написанная в 1516-1522 годах, «по воспоминаниям», хотя и не говорится, чьим воспоминаниям. Считается, что источником информации, по которой эта хроника была написана, является Томас Говард, 2-й герцог Норфолк и граф Суррей. Она касается царствований Эдварда IV и Ричарда III, и цитируют её обычно только из-за описаний переписывания истории при Тюдорах: «Oftimes it is seen that divers there are, the which foresee not the causes precedent and subsequent; for the which they fall many times into such error, that they abuse themselves and also others, their successors, giving credence to such as write of (from) affection, (partiality) leaving the truth that was in deed». В чем эта хроника совершенно несчастна, так это в хронологии. Годом рождения Эдварда IV, например, дается 1440 (на самом деле, 1442), а годом смерти – 1482 (на самом деле, 1483). И вот в этих хрониках написано, что Ричард и Анна поженились в 1474 году в Вестминстере. Год, скорее всего, снова неправильный, но вот место, вполне вероятно, автор воспоминаний запомнил хорошо. В общем-то, хочу сказать, что именно так наша, человеческая память и работает. Мы хорошо помним, кто, что и где, но вот влёт назвать дату, когда это случилось, можем только в случае самых важных для себя событий.

После свадьбы, пара обосновалась в Миддлхэме, где и родился их сын, Эдвард. Когда родился – тоже точно не известно. Обычно называются 1473, 1474 и 1476 годы (но никогда – 1475!). Вполне очевидно, что эти даты кореллируют с предполагаемыми датами брака родителей Эдварда, а не с реальностью. Если верить Полидору Вергилу, в 1483 году Эдварду Миддлхэмскому было 9 лет, то есть, он родился в 1474 году. Но есть некоторые источники, заставляющие предположить, что правильная дата рождения – всё-таки 1476 год.



Во-первых, это Historia Regum Angliae, или свиток Джона Роуса, капеллана часовни Гая Клиффа около Уорвика и автора «Свитков Роуса» (вообще-то, помнится, раньше его писали как Rois, а не как Rous). По поводу празднеств в Йорке 8 сентября 1483 года, он пишет, что Эдварду Миддлхэмскому было «чуть больше семи лет». Правда, этот же автор предлагает совершенно дивный срок беременности герцогини Сесилии, так что...

Во-вторых, существует Monasticon Anglicanum (A History of the Abbies and Other Monasteries, Hospitals, Frieries, and Cathedral and Collegiate Churches with Their Dependencies, in England and Wales ; Also of All Such Scotch, Irish, and French Monasteries, as Were in Any Manner Connected with Religious Houses in England ; Together with a Particular Account of Their Respective Foundations, Grants, and Donations, and a Full Statement of Their Possessions, as Well as Temporal as Spiritual ; Originally Published in Latin) от 1655 года, где в главе о Тьюксбери, в параграфе о судьбе Анны Невилл, говорится, что «she bore a son named [blank] at the castle of Middleham in the year of our lord 1476». В оригинале, пропуска на месте имени сына нет, там написано «Джордж». То ли Джордж был вторым сыном Анны и Ричарда, родившийся в 1476 году (а Эдвард, значит, в 1474), то ли вписано неправильное имя, потому что зачем упоминоть только второго сына, не упомянув первого?

В третьих, из хозяйственных записей Миддлхэма следует, что летом 1483 года за Эдвардом ухаживали женщины. Если бы он был старше семи лет, для него был бы основан собственный двор, ведь он был наследником престола!

Вот в этой части мне хочется возразить уважаемому профессору. Если учесть, каким для Ричарда Глостера был 1483 год, то придется признать, что время для выделения своего единственного сына на отдельное (и более уязвимое в плане безопасности) хозяйство было самым неподходящим. Сначала были шотландский поход, смерть брата и заговор Вудвиллов, потом – бешеная гонка в Лондон, с отчаянными попытками собрать за племянником столько лордов королевства, сколько возможно, несомненный шок от состояния наследника престола, заговор Гастингса, переговоры с овдовевшей Элизабет Вудвилл и организация её защиты от попыток похищения, слежка за подозрительной деятельностью леди Маргарет Бьюфорт, попытки понять, кто друг и кто враг, и параллельно с этим руководство королевством, устройство внешней политики и внутренней экономики, подготовка реформ, подготовка к своему первому парламенту, обязательный прогресс по стране, бунт Бэкингема, волнения вокруг исчезновения принцев из Тауэра... Какое уж тут хозяйство для наследного принца! Он ведь и принцем Уэльским стал только в сентябре. Если бы не трагедия, двор был бы создан для него только в 1484 году.

Также малоубедительно для меня выглядит и попытка вывести месяц рождения принца из того, что в начале 1476 года Анна ездила в Дарем. По мнению Хэммонда, вряд ли она поехала бы на сроке беременности более 3 месяцев. Но я хочу заметить, что ни в семье герцога Йоркского, ни в семье Кингмейкера женщины не воспринимали беременность состоянием исключительным – и герцогиня Сесилия, и графиня Анна практически всегда следовали за своими мужьями, в любом положении.
Tags: richard iii
Subscribe

  • Генри VII - король повышает ставки

    Впрочем, умереть король Англии в 1508 году просто не мог себе позволить. Пусть тело его было хлипким, и утомлялся он быстро, но ум оставался…

  • Генри VII - король добивается своего

    В самом конце сентября, к концу охотничьего сезона, Генри VII с сопровождением вернулся в аллею Темзы. Надо сказать, что выбор мест, где он…

  • Генри VII - лебединая песня короля

    Томас Пенн описывает энергичный королевский прогресс 1507 года как маниакальный. Король находился в постоянном движении между поместьями, где он…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments