mirrinminttu (mirrinminttu) wrote,
mirrinminttu
mirrinminttu

Categories:

Развод Екатерины Арагонской - лето 1527 года

В истории развода Генриха VIII и Екатерины Арагонской бросается в глаза одна черта: все участники истории удивительным образом не принимали во внимание чувств друг друга. Генри не ожидал такого сильного противодействия разводу со стороны жены, потому что не понимал, насколько глубоко попытка аннулирования их брака ее оскорбит. Он также не понимал, насколько аннулирование 18-летнего брака, от которого родился выживший ребенок, всколыхнет чувства женщин его королевства.



Катарина не понимала, что речь идет не о капризе короля, а о его глубоком чувстве к Анне Болейн. Волси просто не знал, что Генри и Анна работают над схемой развода у него за спиной уже четыре месяца. Он также не принял во внимание степень ненависти, которую Анна испытывает лично к нему. Никто из них не задумался о чувствах Мэри, которой как раз в 1527 году пошел двенадцатый год, и которая находилась в самом уязвимом подростковом возрасте. Если бы они были более сенситивны друг к другу, мог ли быть найден компромисс, который устроил бы всех?

Все упирается в характеры двух женщин, Катарины и Анны. Можно допустить с некоторой натяжкой, что Катарина могла бы принять пострижение в монастырь – так делали знатные дамы в патовых ситуациях, сохраняя при этом престиж и влияние, и освобождая дорогу для новых жен. Ценой было бы, наверняка, объявление Мэри наследницей престола. Но вот Анна, натура невероятно амбитная, согласилась бы она на то, чтобы их возможные с Генрихом дети оказались вторыми в линии наследования?

Возможно. Решив, что разберется с проблемами позже. Но, скорее всего, нет. Судя по всему, к королю она была совершенно равнодушна, и стала его любовницей только потому, что ей была обещана корона регента, не меньше. Но, после объявления Мэри наследницей, регентом при опеке королевского совета (до совершеннолетия) оказалась бы именно она, а вовсе не Анна. Так что компромисс не вырисовывается, как ни крути.

Анна Болейн

Лето 1527 года было для всех сторон видимой передышкой, во время которой каждая сторона строила свои линии обороны и нападения.

Катарина могла только ждать, разбираясь, кто с ней, а кто с Генри по делу о разводе. Ее лучшим союзником в этот период стал наставник Мэри, Хуан Луис Вивес. Он никогда не учил принцессу сам, но именно он составлял ее план обучения. Летом 1527 года он отправился во Фландрию, и отвез туда Маргарите Австрийской скандальные новости. А Маргарита, надо сказать, была влиятельнейшей дамой и в тесном родстве с Катариной: когда-то брат Катарины, Хуан, был мужем Маргариты, а брат Маргариты, Филипп Красивый, женился на сестре Катарины, Хуане. Так что обе дамы теперь приходились тетками императору Чарльзу V, который к тому моменту уже полностью осознал, какое сокровище его тетка Маргарита. Не то, чтобы императора надо было привлекать на сторону Катарины, он так и так был ее защитником, но вот некоторые стратегические моменты ему надо было подсказывать.

Маргарита Австрийская

А еще Маргарита имела при своем дворе своего рода питомник для юных, многообещающих дев приличного происхождения. В частности, именно у нее была отполирована Анна Болейн, которая восхитила в свое время Маргариту настолько, что та приняла ее в придворные в возрасте меньшем, чем это было принято. Маргарита знала о «маленькой Болейн» всё, и была, очевидно, первой женщиной в Европе, которая поняла, что на самом деле происходит при дворе Генриха VIII. И, будучи женщиной действия, предприняла, очевидно, свои меры для того, чтобы это перестало быть секретом и для ее племянника, и для папы. Дело в том, что письма Генриха к Анне Болейн обнаружились потом не где нибудь, а в архивах Ватикана (письма Анны Генрих впоследствии уничтожил). То есть, теперь всем стало ясно, что речь идет не о внезапном приступе религиозной чувствительности у Генри, а о плане его женитьбы на Анне Болейн.

Очевидно, именно Маргарита указала Вивесу, что самым важным теперь является привлечение к делу о Разводе Катарины. Надо было любой ценой предотвратить повторение Тайного Суда, где ее не выслушали. Вернувшись в Англию, Вивес стал посредником в переговорах Катарины и испанского посла Мендозы. А для этого нужны были документы. И в октябре Мендоза пишет Чарльзу: «... из Рима необходимо получить через заслуживающего доверия посланца решение папы». Катарина также передала через цепочку Вивес-Мендоза свое собственное обращение к императору. Письма были отправлены в Вальядолид отдельно, на случай, если одно из них будет перехвачено. Катарина в письме не изливала свою горечь, она писала конкретно и по-деловому, что ее беспокоит заседание, которое прошло 15 ноября, на которое были приглашены все ведущие юристы Англии.

Вивес

Беспокоилась королева не зря. Генри провел это лето своеобразно. Обычно лето проходило в бесконечных разъездах развеселой компании от одного охотничьего дома к другому. Но не это лето. Во-первых, при Генри находились только его ближайшие друзья и родственники, которые, очевидно, были полностью в курсе дела: Норфолк, дядя короля через брак, Саффолк, муж сестры Генри и его приятель, Экзетер, первый кузен и ближайший родственник по мужской линии, и Эссекс, Рутленд, Фитцволтер – Вудвиллы и Йорки. Во-вторых, вся компания просидела в Бьюли до середины августа. Они, конечно, охотились, но, в основном, обсуждали в деталях стратегию Королевского Развода. А вот Волси был отослан во Францию. На тот момент его сильно занимала возможность перехватить для себя пост вице-папы, на время, пока папа Клемент был в руках имперетора Чарльза. Это не помешало ему заключить с Францией договор, сделавший ненужным перспективный брак Франциска и принцессы Мэри, что вряд ли случайно.

Но дни фавора Волси были уже сочтены. Результетом летних размышлений была отправка в Рим секретаря Уильяма Найта, который должен был испросить у папы диспенсацию всех существующих препятствий к новому браку короля. Кот уже все равно был выпущен из мешка, так что Генри с Анной предприняли лобовую атаку. Если бы папа, у которого, как они полагали, были все причины ненавидеть и императора Чарльзя, и всю чарльзову родню, дал диспенсацию на брак Генри и Анны, это дало бы им возможность пожениться, НЕ оформляя развод Генри и Катарины. И была в этом деле еще одна заковыка: одной из предыдущих любовниц Генри была сестра Анны, Мэри Болейн.

Мэри Болейн

Мэри была среди детей семейства Болейн простушкой. Отец довольно быстро понял, что учить имеет смысл только двоих: сына Джорджа и Анну. Мэри была тугодумкой, к тому же легкомысленной тугодумкой. При дворе, судя по сплетням, через ее кровать прошли многие галантные кавалеры, потом ею ненадолго заинтересовался король, потом еще кто-то... Когда Мэри родила сына, было совершенно непонятно, чей это сын. Да если бы и Генри. Была у этого короля одна особенность: он немедленно прекращал отношения с теми любовницами, которые становились матерями. Ее выдали замуж стараниями Волси за какого-то дворянина, и на этом ее придворная карьера закончилась. Но, все-таки, факт физической близости Генри и Мэри был общеизвестен. В этом случае книга Левита выстреливала и по возможности брака между Генри и Анной.

Визит Найта в Рим должен был быть большим секретом, но и эта тайна короля немедленно стала известна Катарине, а через нее и Мендозе, который 16 августа рапортует Чарльзу и о самой миссии, и о ее цели.
Волси не знал ничего, пока не получил письмо от самого Найта, в котором тот писал, что по пути в Рим к нему заедет. Вот тут-то и случился тот знаменательный случай, когда кардинал 12 часов писал письмо Генри, не вставая из-за стола ни по нужде, ни чтобы подкрепиться. Но всё напрасно: Найт получил от короля подтверждение, что он должен отправится в Рим, а когда Волси вернулся из Франции в Англию, там его ждал сюрприз. Его гонец нашел короля вместе Анной, и передал вопрос своего хозяина о том, должны ли Волси и Генри немедленно встретиться в личных покоях короля. Гонцу ответила Анна: кардинал может придти туда, где сейчас находится король. Это был конец Волси и официальное утверждение Анной себя на роль королевы-консорта по факту.

Но к осени колода снова была перемешана. Дэвид Старки сравнивает Генри и Анну с Макбетом и леди Макбет: из них двоих Анна была напористее, жестче, энергичнее, амбитнее, нетерпеливее. Как только у Генри появлялась возможность остаться достаточное время наедине с собой, он снова обретал здравый смысл. В частности, в сентябре он и сам понял, что отправил Найта в Рим с совершенно невозможной задачей. Теперь Найт должен был добиться у папы диспенсации, которая позволит Генри жениться на Анне после того, как он будет официально разведен с Катариной: «legittime absolutus ab hoc matrimonio Katherinae». Вернее, используется термин «освобожден от брака».

Снова Анна Болейн

Папа находился в Риме практически под арестом, и отчаянный Найт проскользнул к нему буквально под носом у испанцев, пользуясь своим идеальным итальянским языком, и передал-таки письмо Генри Клементу. У Генри тоже были хорошие слуги, не только у Катарины. Так что, когда папа Клемент бежал из замка Сент Анджело, он был уже заранее расположен к энергичному англичанину.

Папа Клемент VII

Генри получил свою диспенсацию для брака с Анной, а Волси были даны права выступать представителем папы в деле о разводе с Катариной. Правда, папа обещал императору никак не содействовать Разводу, поэтому оба документа было решено держать в секрете. Ну какие секреты... Екатерина получала информацию от посланника короля во Франции, от клерка Тайного Совета короля, от одного из его собственных тайных агентов в Риме. К концу 1527 года обе стороны были достаточно готовы начать сражение в новом году
Tags: Тюдоры
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments