mirrinminttu (mirrinminttu) wrote,
mirrinminttu
mirrinminttu

Categories:

Как стареть в Финляндии-2

Недавно видела чуть ли не в топе ЖЖ здравый сам по себе призыв получать всю зарплату «белой», но в качестве аргумента там был приведен комментарий какого-то финна, который заявил, что размер его пенсии будет составлять 90% от нынешнего заработка, и поэтому он говорит «нет» теневым рассчетам. Видимо, или дядьку не так поняли, или он сам не знал, что говорил. Поэтому я решила написать вам для сведения и себе на память, как можно стареть в Финляндии тогда, когда жизнь ещё не закончилась, а вот сил уже не осталось. И это напрямую касается размеров пенсий по стране.

Раньше, года эдак до 2010, всё было предельно просто. Дряхлеющие или по какой-то другой причине потерявшие способность заботиться о себе граждане сначала попадали в сферу помощи, оказываемую службой лечения и ухода на дому, но когда их беспомощность заходила слишком далеко, их помещали в дома престарелых или больничные отделения. На оплату полного пансиона направлялось 85% дохода, а 15 оставалось в личное пользование. По сути, богатые пенсионеры содержали бедных, разницу доплачивало государство, и единственным источником тревоги для престарелого было «угодить» прочь из дома после того, как они теряли контроль над буднями в степени, опасной для окружающих и себя.

Потом муниципальные службы решили, что забота о престарелых гражданах грузит их бюджеты слишком сильно. Тут и расходы на персонал, и расходы на оборудование, и расходы на само содержание недвижимости. Причем, требования к качеству обслуживания престарелых в плане активитетов, количества нуждающихся в помощи на единицу персонала и прав престарелых всё время увеличивались. Иногда по делу – были попытки регламентировать количество подгузников в сутки на каждого обитателя, которые обслуживающий персонал просто отказался выполнять. Иногда глупые – утверждения, что поднятые края кровати и закрытые двери отделения для дементиков являются незаконным содержанием под арестом, и оскорбляют человеческие права пациентов.

Теперь способы заботы о неспособных о себе позаботиться перестали выглядеть заботой вообще. Больницы системами штрафов заставили выписывать больных, не нуждающихся в интенсивном лечении. Скорые перестали забирать впавших в беспокойное состояние дементиков. Официальной политикой стало «каждый имеет право жить и умереть в родных стенах», что на практике означает для многих, что их дом стал им тюрьмой одиночного заключения. В дома для престарелых теперь невозможно «угодить», в них надо попасть. Для этого специальной комиссии готовятся заключения по состоянию нуждающегося в круглосуточном досмотре, и комиссия одобряет их или отклоняет. Критерием уже является не столько опасность для себя, как для окружающих. В принципе, если престарелый начинает постоянно падать и ломает себе кости, его довольно долго будут неумолимо выписывать домой сразу после наложения гипса.

Разумеется, такое «качество жизни» стареющих совсем не устраивает, и они стараются превентивно устроиться в какое-нибудь заведение, где о них позаботятся. В русском языке термину palvelutalo (дом с услугами) нет, по-моему. Это система, в которой престарелый может снять в частном как бы отеле жилье, более или менее приспособленное для передвижения с помощью вспомогательных средств (роллатора или инвалидного кресла). В таких домах есть ресторан, медперсонал (не слишком квалифицированный), прачечная, предусмотрена уборка, но за всё надо платить отдельно, сверх немалой платы за жилье. Или сразу покупать пакет.

Муниципальные «дома с услугами» называются теперь не домами престарелых, а единицами с усиленной помощью для проживания, где, чаще всего, всё умещается в 85% дохода престарелого, но лекарства идут за счет проживающего. А иногда – тоже включены.

Средняя стоимость проживания в таком доме с услугами у частника – где-то 4 400 евро. Величина пенсии среднестатистического финна – около 1500 евро брутто, что означает 1200 евро «чистыми». Тем не менее, у 60% женщин пенсия меньше 1500 евро. Всего лишь несколько процентов от населения получают большую пенсию, 3 500 евро брутто (2 419 нетто).

Возникает вопрос: как оплатить частный «дом с услугами»? Некоторые продают своё давно выплаченное от долгов жилье, и переезжают в дом с услугами, покупая минимальный пакет, куда входят час уборки раз в две недели, ланч в ресторане каждый день, и «браслет безопасности» на руку. Потом оказывается, что деньги улетают быстрее чем годы, и что браслет-то бесплатный, а вот помощь пары поднимающих упавшего медсестер – очень даже платная, 17 евро с 1 медсестры или санитарки (у частников ещё есть санитарки кое-где) за 15 минут. Если операция заняла 17 минут, оплата производится за 30 минут. То есть, пока престарелого поднимут, пока удостоверятся, что ничего он себе не повредил, денежек натикает минимум под 80 евро. А уж если придется вызывать Скорую... то дешевле сразу умереть.

Поэтому, часть проживающих в частных домах с услугами является клиентами муниципальной службы лечения и ухода на дому. В Хельсинки стоимость 30 часов в месяц у этой службы стоят 249 евро для человека с пенсией 1500 евро брутто, и 749 для человека с пенсией 3 500 евро брутто. Впрочем, другие доходы тоже учитываются и увеличивают стоимость (доходы от вкладов, от сдачи недвижимости, доходы от акций). На самом деле, 30 часов – это где-то меньше часа в день, то есть очень небольшая помощь, типа дать лекарства, слегка помочь одеться и помочь застелить кровать, плюс помощь в душе раз в неделю. Не говоря о том, что клиенты службы автоматически становятся клиентами определенной аптеки, поставляющей им уже расфасованные по часам приема лекарства дважды в месяц, а это минус два часа. И не говоря о том, что часть времени, проводимого у клиентов, медсестра или фельдшер тратит на замеры и на записи в базу данных о том, что было сделано и в каком состоянии находится клиент. Это – обязательная часть работы, которую только дурак оставит невыполненной, потому что в случае чего именно эти записи являются юридической защитой медсестры от обвинений в небрежении.

Поскольку количество нуждающихся в помощи растет в такой прогрессии, что государство не в состоянии обеспечить им муниципальный уход ни в каком виде, государство нанимает частников. Ограничение здесь, главным образом, тоже в тяжести состояния клиента. Уход за ним не должен составлять более 40 часов в месяц. То есть, частники продают свои услуги только для ухода за достаточно легкими клиентами. Иногда это нужно. Например, если кому-то вдруг надо капать глазные капли каждый час по схеме. У нас нет такой возможности, у частника, на территории которого проживает клиент – есть. Мы также благодарны частникам, которые берут на себя уход за физически крепкими, но совершенно безумными клиентами, потому что в таком уходе критически важно присутствие знакомых лиц, а у нас, в муниципальной службе, ведь настоящий калейдоскоп. В худшем случае, за день перед клиентом проходит кавалькада из 4-5 разных медсестер, разного цвета, разной степени осведомленности в том, для чего они вообще сюда пришли, и с разной степенью невладения языком, на котором говорит клиент.

Государство доплачивает частнику за уход за клиентом где-то 2600 евро в Хельсинки, если у того пенсия 1500 брутто плюс пакет соцпомощи (около 300-400 евро), и 1400 за тех, у кого пенсия 3500 брутто плюс соцпакет. Сейчас рассматриваетсяя новая форма ухода, в которой государство нанимает частных лиц, которые будут или принимать нуждающегося в уходе в своем доме, или ухаживать за ним в его доме. Наконец-то, я бы сказала. Это именно то, что нужно всем. Только ещё не понятно, какова будет квалификация ухаживающих. В Англии эта система работает давным-давно. Персонал обучают на курсах дней 10, и отправляют проживать к подопечным, делая рутинную работу. Медсестры объезжают только с замерами и с определениями состояния, в сложных случаях вызывается фельдшер.

Если только этот проект не провалится в самом начале, и если найдется достаточное количество желающих попробовать себя в качестве ухаживающих, это изменит всё. Ну и зависит от того, сколько муниципальные власти готовы за такую работу платить. Если на том же уровне, как сейчас платят в нашей службе, то, я уверена, многие медсестры перейдут именно на эту форму работы, где они смогут работать согласно собственным этическим представлениям о качестве, а не в вечной спешке.

На самом деле, робкая попытка обучить «помощников» престарелым, с обучением где-то около года, нарвалась на такой жесткий отпор со стороны профсоюза и авторизированных медсестер, и на такое малое желание безработных и трудоустраивающихся мигрантов работать в этой сфере, что если она и продолжает существовать, то практически подпольно. Я спрашивала пару лет назад, действует ли ещё эта программа, и мне ответили очень уклончиво, но в том смысле, что да. Вот я и думаю сейчас, что те еле-еле говорящие на финском подменяющие из городской системы сдачи рабочей силы напрокат – это именно они, помощники, просто нам этого не говорят. Или сама система подготовки медсестер так девальвировала, что начали авторизировать профессионалами и тех, чьих знаний явно недостаточно для уровня. Или, как вариант, эти женщины и мужчины даже не авторизированы, просто проучились достаточное количество недель, чтобы получить право подработки. В любом случае, чем менее квалифицирована рабочая сила – тем дешевле она обходится, поэтому вопрос о качестве здесь становится формальностью. А без них мы бы пропали.

Так и живем.
Tags: истории о медицине
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 21 comments