?

Log in

No account? Create an account
Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
Генри I - принцесса Матильда берет на себя ответственность
sigrig
mirrinminttu
Я не знаю, играют ли современные девочки в принцесс. Мы играли. Играли самозабвенно, обмотавшись мамиными «драгоценностями» и старыми, отданными нам на растерзание, тюлевыми шторами. А ещё мы видели принцесс, капризных и своенравных (но с красивой душой под колючей оболочкой), в мультфильмах и фильмах-сказках. И нам ни на минуту не приходило в головы, какой она была – настоящая принцессовская жизнь? Это хорошо, что не приходило. Потому что в том возрасте, когда мы играли в принцесс, настоящие принцессы уже делали политику. Вернее, политику делали ими.



Twelfth-century portrayal of the wedding feast of Matilda and her first husband, Emperor Heinrich V of Germany


Генри I был в 1108 году, очевидно, самым богатым монархом Европы. Тем не менее, в своей королевской династии он был всего третьим королем, сама династия была у власти всего чуть больше сорока лет, и для него было жизненно важным создать семейный альянс с представителем максимально старинного и могущественного европейского рода. Извечные дипломатические игры, ничего нового. На ответственную роль создателя такого альянса, была выдвинута принцесса Мод. Барышне было уже аж шесть лет, и пора было брать на себя ответственность за процветание династии.

К счастью, жениха не пришлось искать долго, или, как утверждали хронисты Генри Хантингдонский и Роберт Ториньи, жених сам проявил инициативу. Король Германии и будущий император Священной Римской империи Генрих V решил жениться. Перестарком он не был, ему было чуть за 20, и его политические интересы делали происхождение Мод и её родство с итальянскими норманнами очень привлекательными.

Необычным в этой истории (или обычным – что мы знаем?) было то, что кандидат в женихи, по-видимому, предложил руку, сердце и корону лично шестилетней Мод. Потому что его следующее письмо, сохранившееся в архивах – это выражение благодарности принцессе за то, что она благосклонно и аргументированно представила его дело своему отцу, и он надеется, что она будет его поддерживать и в дальшейшем. Не то чтобы Генри I был против. На следующий год он писал Ансельму из Руана, что имел беседу «о нашем деле» с королем Германии, и всё устроилось – хвала Богу.

На Троицу 1109 года Генри устроил такой блестящий прием, что не потеряться присланным за Мод сопровождающим помогли только рост и выдающаяся роскошью даже при английском дворе одежда. Ни жених, ни отец невесты не считали чем-то постыдным тот факт, что движущей силой за предложением Генриха V была острая нужда в деньгах. Генри I и предложил 10 000 марок приданого, которые он давал за Мод, выплатить немедленно, сразу после коронации дочери, не дожидаясь, пока девочка вырастет и войдет в возраст, подобающий для брачных отношений. Это была сумма равная той, которую Руфус дал Роберту Нормандскому на организацию крестового похода брата, под залог целого герцогства. И то, чего стоило Генри I собрать такую сумму быстро – это отдельная история, печальная для налогоплательщиков.

В феврале 1110 года Мод, носившая теперь титул Mathildis sponsa regis Romanorum (обещанная невеста короля Римлян), отправилась в Германию со своим приданым и внушительным сопровождением, состоящим из немцев и норманнов, которые охраняли оба сокровища. В начале марта она была в Льеже, где была принята так, словно была не принцессой а королем, как писали немецкие хронисты, и впервые встретилась со своим будущим мужем. Они вместе двинулись к Утрехту, где пара и была торжественно объявлена мужем и женой, и Генрих назначил ей то, что позже называлось «вдовьим приданым» - собственность, которую невеста получала взамен того приданного, которое приносила с собой. А 25 июля 1110 года Мод была коронована Германской королевой в Трире. Её образование и обучение языку взял на свою ответственность архиепископ Трира Бруно. Он же стал опекуном королевы до её совершеннолетия.

В антураже Мод были молодые норманны, которые, возможно, ожидали, что их оставят в Германии, и они займут высокие посты при дворе королевы, но известен только один, который действительно остался и был впоследствии пожалован хорошей должностью, но он не был ни воином, ни даже молодым – это был архидьякон Винчестера, который стал епископом Вердена.

Похоже, что Мод привезла своему мужу не только деньги, но и удачу. Сразу после церемоний, новобрачный отправился в Италию, где прижал папу Паскаля так крепко, что тот не только короновал Генриха V императором, но и отступил в вопросе об инвеституре. Но средневековый мир отнюдь не был так иерархичен, как мы себе это представляем. Никто не взял под козырек. Наоборот, собственно. По всей Европе духовенство встало на дыбы, и беспорядки начались даже в самой Германии, но Генрих успел вовремя и подавил бунт. На дворе стоял уже 1114 год, и прошло 4 года с тех пор, как он видел свою жену.
Матильде теперь было 12 лет, и она была официально совершеннолетней. Поэтому в Вормсе была отпразнована самым пышным образом свадьба, на которой присутствовали пять архиепископов, тридцать епископов, пять герцогов, и бессчетное количество графов, аббатов и более мелких дворян. Хотелось бы сказать, что «жили они долго и счастливо», но этого не случилось.

То есть, отношения-то у Генриха и Мод были наилучшие, и в Германии молодую королеву любили не только за юность и красоту, но и тренированный, проницательный ум и способности разбираться даже в запутанных тяжбах, которыми она, как королева, занималась. Но вот династического счастья этой паре дано не было.

Хронист из Турне писал, что у них родился ребёнок, но умер вскоре после рождения, и, учитывая возраст Мод, это вовсе не вызывает удивления. Скорее, удивление вызывает искусство средневековых акушерок, не угробивших здоровье молодой роженицы, что неприменно случилось бы во времена всеми воспеваемого Ренессанса. Как известно, Мод полностью сохранила свое женское здоровье. Но её постоянно воюющему мужу было настолько некогда, что супруги, по-видимому, пересекались крайне редко, и эти встречи к появлению наследника не привели. Известно, что в 1125 году Генрих V умер от рака, так что вина тут, похоже, полностью его. Тем не менее, можно только отдаленно представить себе, как была разочарована Матильда, которой не только не удалось выполнить свой династический долг, но даже короноваться императрицей.

После смерти мужа, Мод вернулась к отцу. Если Генри и был разочарован, то никак этого не показал. При его дворе, Мод именовалась императрицей, и именно так к ней обращался и сам отец, хотя на самом деле, она могла носить только титул королевы Германии. Я в курсе версии, что Мод была с мужем во время его второго похода в Италию, и что там её действительно короновали императрицей в отсутствии сбежавшего папы, но Холлистер об этом решительно ничего не пишет. Да если всё так и было, то такая коронация без папы всё равно не имела силы.

К моменту возвращения Мод, её мать была уже мертва, её брат и наследник престола погиб, и всё, что у неё было – это стареющий отец, отчаянно надеющийся на шестом десятке получить драгоценного наследника во втором браке. Безуспешно, что было настоящей насмешкой судьбы, потому что количество бастардов у этого короля поражает воображение, да и леди Аделиза, как потом доказал её второй брак с Уильямом д’Обиньи, бесплодной вовсе не была.

Вся эта атмосфера и слишком много потерь, перенесенных слишком рано, не лучшим образом сказалось на характере Мод, с детства воспитанной для куда как более блестящей роли чем та, с которой ей пришлось примириться, став женой всего лишь графа, да ещё и намного моложе её собственных молодых лет. Тем не менее, она практически до последнего дыхания пыталась сражаться с неблогосклонной к ней судьбой, и всё-таки выиграла, когда трон Англии занял её сын.

Так что пусть характер этой принцессы был гораздо более колючим, чем её внешность, примером умения держать удар и не сдаваться ни при каких обстоятельствах она вполне заслуживает быть.
Метки: