Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
Генри I - коронация
sigrig
mirrinminttu


Провернув дело с убийством Вильгельма II (что никогда не было напрямую доказано), Генри прихватил с собой из Винчестера казну (и правильно сделал, учитывая нравы времени, ведь растащили бы в миг), и уже через 3 дня короновался в Лондоне. Дело было в августе 1100-го года, и новому королю было 32 года. Он был самым английским из детей Вильгельма Завоевателя – и родился в Англии, и в рыцари был посвящен в Англии. Но в короли его не готовили. Может, и к лучшему? В те времена короли были, в первую очередь, воинами, и образование получали соответствующее. А вот Генри, по словам его современника Вильгельма из Малмсбери, получил образование в «изящных искусствах», не отвлекаясь на чрезмерные военные упражнения. За что и получил в будущем прозвище Книжник.

По поводу преждевременной и подозрительной смерти его предшественника никто, в общем-то, не плакал. Но сам Генри чувствовал, что его коронации нужна солидная законность. Ведь короноваться-то пришлось в спешке, не дожидаясь крупного церковного праздника, как было принято. И трех дней было достаточно для его быстрого ума, чтобы сделать довольно важное нововведение в коронационную клятву: «в воскресенье, перед алтарем в Вестминстере, он поклялся Богу и людям исправить все несправедливости, которые были во времена его брата, и держаться лучших законов, святых для всех королей до него». Так то. Похоже, это не был экспромт. Планировал Генри Книжник свое вступление на царствование, наверняка планировал.

Новшеством была форма принесения клятвы. До него, король и епископ, его коронующий, приносили устную клятву. Генри выпустил письменную Коронационную Хартию.

«Henry, king of the English, to Bishop Samson and Urso de Abetot and all his barons and faithful, both French and English, of Worcestershire, [copies were sent to all the shires] greeting.

1. Know that by the mercy of God and the common counsel of the barons of the whole kingdom of England I have been crowned king of said kingdom; and because the kingdom had been oppressed by unjust exactions, I, through fear of god and the love which I have toward you all, in the first place make the holy church of God free, so that I will neither sell nor put ot farm, nor on the death of archbishop or bishop or abbot will I take anything from the church's demesne or from its men until the successor shall enter it. And I take away all the bad customs by which the kingdom of England was unjustly oppressed; which bad customs I here set down in part:

2. If any of my barons, earls, or others who hold of me shall have died, his heir shall not buy back his land as he used to do in the time of my brother, but he shall relieve it by a just and lawful relief. Likewise also the men of my barons shall relieve their lands from their lords by a just and lawful relief.

3. And if any of my barons or other men should wish to give his daughter, sister, niece, or kinswoman in marriage, let him speak with me about it; but I will neither take anything from him for this permission nor prevent his giving her unless he should be minded to join her to my enemy. And if, upon the death of a baron or other of my men, a daughter is left as heir, I will give her with her land by the advice of my barons. And if, on the death of her husband, the wife is left and without children, she shall have her dowry and right of marriage, and I will not give her to a husband unless according to her will.

4. But if a wife be left with children, she shall indeed have her dowry and right of marriage so long as she shall keep her body lawfully, and I will not give her unless according to her will. And the guardian of the land and children shall be either the wife or another of the relatives who more justly ought to be. And I command that my barons restrain themselves similarly in dealing with the sons and daughters or wives of their men.

5. The common seigniorage, which has been taken through the cities and counties, but which was not taken in the time of King Edward I absolutely forbid henceforth. If any one, whether a moneyer or other, be taken with false money, let due justice be done for it.

6. I remit all pleas and all debts which were owing to my brother, except my lawful fixed revenues and except those amounts which had been agreed upon for the inheritances of others or for things which more justly concerned others. And if any one had pledged anything for his own inheritance, I remit it; also all reliefs which had been agreed upon for just inheritances.

7. And if any of my barons or men shall grow feeble, as he shall give or arrange to give his money, I grant that it be so given. But if, prevented by arms or sickness, he shall not have given or arranged to give his money, his wife, children, relatives, or lawful men shall distribute it for the good of his sould as shall seem best to them.

8. If any of my barons or men commit a crime, he shall not bind himself to a payment at the king's mercy as he has been doing in the time of my father or my brother; but he shall make amends according to the extent of the crime as he would have done before the time of my father in the time of my other predecessors. But if he be convicted of treachery or heinous crime, he shall make amends as is just.

9. I forgive all murders committed before the day I was crowned king; and those which shall be committed in the future shall be justly compensated according to the law of King Edward.

10. By the common consent of my barons I have kept in my hands forests as my father had them.

11. To those knights who render military service for their lands I grant of my own gift that the lands of their demesne ploughs be free from all payments and all labor, so that, having been released from so great a burden, they may equip themselves well with horses and arms and be fully prepared for my service andthe defense of my kingdom.

12. I impose a strict peace upon my whole kingdom and command that it be maintained henceforth.

13. I restore to you the law of King Edward with those amendments introduced into it by my father with the advice of his barons.

14. If any one, since the death of King William my brother, has taken anything belonging to me or to any one else, the whole is to be quickly restored without fine; but if any one keep anything of it, he upon whom it shall be found shall pay me a heavy fine.

Witnesses Maurice bishop of London, and William bishop elect of Winchester, and Gerard bishop of Hereford, and earl Henry, and earl Simon, and Walter Giffard, and Robert de Montfort, and Roger Bigot, and Eudo the steward, and Robert son of Hamo, and Robert Malet. At London when I was crowned. Farewell."

(Перевод сетевого происхождения:

Генрих, король Англичан, епископу Самсону и Юрсо де Абетоу (Urso de Abetot) и всем своим баронам и верным, равно и французам и англичанам, Вустершира, [приветствие повторяется ко всем графствам] шлет привет.

1. Ведая, что милостью Божией и общего совета баронов всего королевства Англии я был коронован королем названного королевства; и поскольку королевство угнеталось несправедливыми требованиями, мной, страхом Божием и любовью, которую я имею к Вам всем, повелеваю: во-первых святую церковь Господнюю свободной, ни продам, ни сдам в аренду, ни по смерти архиепископа, епископа или аббата не буду ничего забирать от церковного достояния, пока его преемник не вступит [на церковную должность]. И я устраняю все плохие (злые) обычаи (обыкновения), коими королевство Англия несправедливо угнеталось

2. Если кто из моих баронов, графов, или других, которые держатся за меня, умрет, его наследник не должен выкупать его земля, как то было в обыкновении во время [в царствование] моего брата, но он должен заплатить релиф (relieve – буквально: «очистить свои земли») и только законный релиф. Подобным образом люди моих баронов должны платить релиф своим лордам и только законный релиф.

3. И если кто из моих баронов или других людей желают выдать свою дочь, сестру, племянницу или родственницу замуж, дозволяется ему говорить со мной об этом, но я не возьму ничего от него за разрешение и не буду препятствовать браку, если только он он не умышляет соединиться с моим врагом. И если по смерти барона или другого из моих людей, дочь остается наследницей, я дам ее земли за ней по совету моих баронов. И если по смерти ее мужа жена останется одна и бездетная, она будет иметь свое приданое и right of maririage (имущественное право, полученное в браке), я не буду отдавать ее замуж, если то не согласно с ее волей.

4. Но если жена [по смерти мужа] осталась с детьми, она будет сохранять [право на] свое приданное и right of maririage так долго, покуда будет хранить вдовство, и я не буду выдавать ее замуж против ее воли. И опекуном земли и детей должна быть также или жена, или другой из родственников, кто имеет наибольшие права на это. И я приказываю, чтобы мои бароны ограничивали себя точно также в делах с сыновьями и дочерьми или женами своих людей.

5. Общий сеньораж (seigniorage), который брался с городов и графств, но который не брался во времена короля Эдуарда I , я впредь совершенно запрещаю. Если кто-либо, чеканщик монет (moneyer) или кто-то другой, будет пойман как фальшивомонетчик, то поступят с ним по следующему ему праву [воздадут должное наказание].

6. Я прощаю все притязания и долги, на которые имел право мой брат, кроме моих в полном праве установленных доходов и кроме тех сумм [количеств], которые были установлены для наследования или для других предметов, которые справедливо касались [распространялись на] других. И если кто заложил что-либо из собственного наследства, я прощаю это; и также все релифы, которые были установлены [согласованы] для законного наследования.

7. И если кто из моих баронов или из моих людей станет слабым [дряхлым], что он должен дать на упокой, то я дарую ему столько, сколько должно быть дадено) . Но если, упрежденный войной [букв.: «оружием»] или болезнью, так, что он не успеет уговориться о даче денег, его жена, дети, родственники или его люди должны дать на благо его души, как они сочтут лучшим.

8. Если кто из моих баронов или [моих] людей совершит преступление, он не должен быть обязан к уплате за королевское помилование, как то было во времена моего отца или моего брата) , но должен выплатить возмещение (за убытки) согласно степени [тяжести] своего преступления, как он должен был до времени моего отца, во времена моих предшественников. Но если он виновен в предательстве или в отвратительном преступлении (heinous crime), он должен быть наказан [буквально: «должен принести компенсацию»] согласно праву.

9. Я прощаю все убийства, совершенные до того дня, как я был коронован [до дня коронации], и те, которые будут совершены в будущем, коли за них будет принесено справедливое воздание согласно закону короля Эдуарда.

10. По общему согласию моих баронов, я сохраняю в своей власти [букв.: «в своих руках»] лес как мой отец владел им.

11. Тем рыцарям, которые несут военную службу со своих земель, я даю как мой собственный дар, чтобы их земля возделывалась свободной от всяких платежей и работ, так, чтобы будучи освобождены от столь тяжкого [большого] бремени, они могли бы хорошо снарядить себя с лошадьми и оружием и быть всецело готовы к службе мне и защите моего королевства.

12. Я устанавливаю строгий мир во всем моем королевстве и приказываю соблюдать [поддерживать] его впредь.

13. Я восстанавливаю закон короля Эдуарда, с теми изменениями, что внесены [введены] были моим отцом с совета его баронов.

14. Если кто, со смерти короля Вильгельма, моего брата, взял что-либо из принадлежащего мне или кому-либо еще, то пусть вернет быстро и без [уплаты] штрафа; но если кто удержит что-либо из этого [у себя], то у кого это будет найдено, уплатит мне высокий [heavy; вар.: тяжкий] штраф.

Засвидетельствовано Морисом, епископом Лондона, Вильямом, избранным епископом Винчестера, Джеральдом, епископом Херфорда, графом Генри, графом Саймоном, Уолтером Джиффардом (Giffard), Робертом де Монфором, Рожером Биджотом (Bigot), Эдо (Eгdo) the steward, Робертом, сыном Хаймо (Hamo) и Робертом Моле (Molet). В Лондоне, во время коронации [букв.: «когда я был коронован»]. Прощайте (Farewell).



Скорее всего, Хартия пришлась очень ко двору, потому что она всем что-то обещала: церкви – что вакансии епископов не будут держаться пустыми; аристократам – спокойный переход состояний наследникам; народу – отмену штрафа за убийство. Этот штраф был довольно одиозным: каждый убитый считался норманном, пока обратное не было бы доказано. И община, во владениях которой убитый был обнаружен, должна была либо собрать доказательства, что убитый – не норманн, либо заплатить весьма ощутимый штраф.

Очень любопытен пассаж «согласно законам короля Эдуарда Исповедника». Эдуард не выпустил за время своего царствования ни одного закона. Таким образом, Генри просто восстановил англо-саксонский кодекс законов, существовавший еще до Эдуарда Исповедника, что пришлось по сердцу англичанам. А англо-норманнам осталось приятное чувство, что они ввели справедливые законы в завоеванной стране. Это, кстати, кое-что говорит и о царствовании самого Эдуарда, которое, очевидно, осталось в умах англичан как царствование справедливое.

Чего Генри не пообещал, так это отмены Лесного закона. А так – его Коронационная Хартия стала в будущем основой знаменитой Хартии Вольностей короля Джона, которая во многих местах повторяет Коронационную Хартию дословно.

В ноябре Генри женился на Эдит, дочери шотландского короля Малькольма III и племянницы Эдварда Этлинга. Этот брак объединил нормандскую и саксонскую линии, и имел двоякое последствие. Норманны были недовольны, зато саксонов это с властью Генри примирило, не говоря уже о том, что ослабло напряжение на границе Англии и Шотландии. Гораздо позднее этот брак аукнулся дочери короля, королеве Мод, когда норманны объявили ее незаконной дочерью на том основании, что Эдит (Матильда) провела 6 лет в монастыре. Разумеется, она поклялась, что никогда не принимала монашеского обета, но ведь нужна была хотя бы тень подозрения.

О пребывании Эдит в монастыре есть записи того времени, что абатисса, приходившаяся ее теткой, пыталась насильно заставить девушку принять монашество, и постриг был совершен. Но, по закону, постриг не имел силы, если постригаемая против него возражала. А многие монахини дали показания, что Эдит многократно срывала накидку с головы и топтала ее ногами. Генри был, все-таки, человеком грамотным, и советников имел грамотных, а посему сначала разобрался с монашеским прошлым своей невесты довольно детально, и только потом повел ее под венец. Официальной же версией было, что королева спасалась в монастыре от настырных поклонников, пока на ее горизонте не появился тот, кто пленил ее сердце.



Братец Роберт появился на горизонте только в 1101-м году, и как бы прибыл в Лондон требовать от брата свою корону (он же был старшим!), но легко согласился на ежегодную пенсию в 2 000 серебряных марок (по русскоязычной версии – в 3 000), и отплыл к себе в Нормандию, признав Генри королем Англии. Положение устаканилось на ближайшие 5 лет, но ведь для Генри Роберт был постоянной угрозой одним своим существованием: всегда существовала опасность, что норманнские бароны решат объединить историческую родину с завоеванной Англией, и сменят короля Генри на короля Роберта. Опять же, деньги платить надоело... В общем, в 1006-м году Генри отправился в экспедицию против Роберта. Надо отметить, что знаменитая битва при Таншбре случилась довольно бестолково. Роберт шел своим путем, а Генри – своим, и они как-то незапланированно пересеклись у Таншбре. В результате, вместо славной битвы получилась свалка, в результате которой Роберта почти случайно прихватили на какой-то ферме. Что не помешало английским хронистам отметить тот факт, что битва при Таншбре произошла день в день через 40 лет битвы при Гастингсе. По их мнению, при Таншбре Англия завоевала Нормандию, и реванш был получен.

Метки:

?

Log in

No account? Create an account