?

Log in

No account? Create an account
Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
Эдуард Исповедник
sigrig
mirrinminttu
Эдуард, прозванный позднее (по недоразумению) Исповедником, стал королем, когда ему было около 40 лет. Большую часть своей жизни, до того момента, он провел в Нормандии, вместе с матерью, Эммой Нормандской, и был, по натуре, скорее французом, чем англичанином. Леноватый монарх, но достаточно смелый и изобретательный, если его припирали к стене.



Исповедником Эдуарда прозвали не при его жизни, а в 1161 году. Дело в том, что он вложил немало средств и энергии в строительство Вестминстерского аббатства, и монахи решили подчеркнуть святость своего патрона, создав легенду о короле, чуждом всего мирского – благо, он был бездетен, и можно было предположить, что причиной этому является отсутствие интереса к плотским утехам. Причиной было не отсутствие интереса, а достаточно непереносимая для него жена.



Эдит Уэссекская была дочерью эрла Уэссекса, Годвина. Если не входить в детали раздела английских саксонских королевств датчанами, можно просто сказать, что семейка Эдит владела огромными территориями. Один из ее старших братьев, Свен, владел землями от Уэссекса и Мерсии до границ Уэльса. Второй, Харольд – всей Восточной Англией. Сама Эдит получила в свое распоряжение, при вступлении в брак, немалые наделы в той же Восточной Англии. Собственно, Эдварду Эдит практически навязали, и он отомстил ей по-своему.

А так будущий святой был обычным королем одиннадцатого века: любил охоту, пиры, жутковатые саги о кровавых битвах, командовал армией и флотом, и, скорее всего, не отказывал себе в мужских радостях – но не с женой. Насколько он хотел избавиться от этой семейки, говорит его поведение в истории, когда Свен соблазнил какую-то абедиссу и убил своего кузена, графа Бьёрна. Второй брат королевы Эдит, Харальд, ожидал, что Свена накажут, а его земли достанутся Харальду, но не тут то было – Эдуард помиловал Свена, посеяв раздор в стане врага.

А сам стал собирать вокруг себя французскую партию, в противовес партии датской. Своего племянника, Ральфа Мантского, он сделал графом Херефордом, за счет земель помилованного Свена, по большей части. Другой норманн, Роберт, стал епископом Лондона. Когда умер епископ Кентерберийский, монахи избрали новым пастырем родственника отца Эдит, но Эдуард отменил результат голосования, и быстро послал епископа Роберта в Рим, где тот получил архиепископскую столу у самого папы.

Столкновение между семьей королевы и королем стало неизбежным, и случай представился, когда Юстас Булонский, второй муж сестры Эдуарда, приехал к нему в гости. На обратном пути, Дувр отказался впустить французов на ночлег, завязалась, как водилось в те времена, схватка, и в результате погибли 19 французов и 20 англичан. Эдуард потребовал от тестя, в центре владений которого находился Дувр, наказать город. Годвин, разумеется, отказался уничтожать людей, сеньором которых он был.

Эдуард думал, что теперь-то он каким-нибудь бюрократическим путем приструнит Годвина, но тот, не дожидаясь результата государственного совета, созвал армию. К нему немедленно примкнули и Свен, и Харальд, тоже с армиями. Ссоры ссорами, но семейное благополучие прежде всего. Эдуард несколько опешил, но тоже бросил клич своим собираться. То есть, «своих» у него, собственно, не было, они остались в Нормандии, так что ему пришлось опереться на врагов Годвина во главе с Леофриком.

Наверное, совет (витанагемот) хотел просто избежать гражданской войны, поэтому стороны обменялись заложниками, и решили собраться в Лондоне через некоторое время. Годвин с сыновьями в Лондон прибыли, но потом их нервы сдали, и семейство бежало из Англии в полном составе. Годвин, его жена и трое сыновей – во Фландрию, а Харальд со Свеном – в Ирландию. Эдит осталась одна, в кои-то годы без защиты могущественных родичей, и «любящий» супруг немедленно воспользовался возможностью сослать жену в монастырь, предварительно лишив ее всех титулов и всего имущества.

После этого Эдвард вызвал своего племянника, Вильгельма Нормандского, в Лондон. Тот прибыл с большой военной силой. Вообще-то, не осталось ни одного свидетельства о том, что родственники договорились о том, что Вильгельм сменит Эдуарда, когда тот умрет. Внешне это выглядело родственным визитом. Единственным доказательством того, что речь шла о передаче трона Англии, является визит архиепископа Роберта в Нормандию, по пути из Рима, и то, что племянник и один из сыновей Годвина, которые были заложниками у Эдуарда, были отосланы к Вильгельму.

Тем не менее, если даже решение о передачи трона норманну и было сделано, оно не было чем-то нерушимым. Эдуард был теперь свободен, мог жениться, и заиметь собственных детей и наследников. Даже если бы он не женился, он мог в любой момент назначить другого наследника. Просто на тот момент Вильгельм был внушительным союзником против клана Годвина, и в качестве приза Эдуард пообещал ему корону Англии. Но может быть и так, что Эдуард искренне считал его лучшим возможным правителем для своего государства – кто знает? В конце концов, Эдуард и Вильгельм были ближайшими родичами, а всё завоевание Англии в 1066 году выглядело довольно семейным делом.

Слухи, тем не менее, поползли, и большинству англосаксов перспективы получить на свои шеи нормандских конкурентов совсем не понравились. Ведь понятно, что король всегда наделяет имуществом и властью своих. Нельзя отрицать и возможных патриотических чувств. В любом случае, английская знать заволновалась, и Годвин использовал свой шанс вернуться домой, и получить свое. Снова армии эрла и короля стояли друг против друга у стен Лондона.

И снова англичане решили не истреблять друг друга. Архиепископ Роберт спешно отплыл во Францию, а сторонники Годвина и Эдуарда собрались на переговоры в Вестминстер. Годвин торжественно поклялся, что он ни в чем не виноват, и потребовал реабилитации. Эдуарду пришлось, что бы он об этом ни думал, обменяться с ненавистным эрлом поцелуем мира, и вернуть ему всё отобранное добро. Как следствие, Эдит триумфально вернулась во дворец королевой, и Англия окончательно лишилась шанса получить естественного наследника для своего престола.

На самом деле, король оказался под домашним арестом своего рода. Его норманнов выслали из страны, объявив, что их действия посеяли вражду между Эдуардом и Годвином. Оставили бедняге только обслугу – норманнов, разумеется, но тех, от кого ему не было никакой пользы. Разве что утешение. И, похоже, после этого король полностью потерял интерес к своему королевству, обратив все силы на постройку Вестминстерского аббатства, которое стало одним из величайших в Северной Европе.



Возможно, Эдуард не потерял интерес к управлению королевством, а просто события сложились так, что все конфликты утряслись сами собой со смертью Годвина, которого хватил удар 12 апреля 1053 года (после плотного обеда на Пасху, прямо за королевским столом). Глубоким старцем он не был – всего-то 52 года! Напрашивается вопрос, своей ли смертью он умер? Но это, очевидно, никого не интересовало. Свен сгинул в походе на Иерусалим, а с Харальдом у Эдуарда сложились неплохие отношения. Да и Харольд не доставлял ему никаких огорчений. Государство процветало, норвежцы и датчане были заняты внутренними распрями и на Англию набегов не устраивали.

Что еще могло быть нужно этому королю, любившему комфорт? Про него ходила история, что один вор повадился пробираться в спальню короля, и воровать понемногу деньги из сундука, в котором хранилась казна. Вор думал, что король мирно спит, и каково же было его изумление, когда однажды король посоветовал ему поторопиться, так как к нему с минуты на минуту придет казначей. Воистину, Эдуард не любил проблем! Но именно в его правление королевская власть в Англии стала очень напоминать власть императорскую, и даже появились регалии, которых раньше не было. Его корона приняла вид императорской, с двумя перекрещивающимися дугами в верхней части, а нижняя часть напоминает корону византийских базилевсов. Королевская печать, изображающая короля в короне, с мечом и скиптром, тоже исполнена по образцу печати императоров Священной Империи, но она двусторонняя, свисающия так, что ее видно и тогда, когда документ запечатан.





Кроме этого, в это период затишья форма управления королевством становится довольно прогрессивной: в Хердфоршире, например, каждый двадцатый свободный мужчина участвовал в административной работе. Такая дисперсия власти достаточно уникальна для XI века, и очень эффективна.

Всё говорило за то, что власть плавно перейдет от Эдуарда к Харальду, и всё будет хорошо. Вильгельм автоматически оставался не у дел. Но в 1064 году Харальд оказался в Нормандии. Есть две версии того, почему. Первая, версия норманнов, утверждает, что Харальд отправился к Вильгельму с подтверждением предложения английской короны от имени Эдуарда. Вторая версия говорит, что Харальд оказался в руках Вильгельма, потому что тот его спас, после чего эти двое отправились воевать в Бретань, совершили массу подвигов, и Харальд поклялся поддержать претензии Вильгельма на трон Англии (на что у того, всё-таки, право было).

Таким образом, история о том, что Эдуард сам выбрал Вильгельма своим преемником приобретает форму «да, но...». И клятва Харальда, данная Вильгельму, не могла не быть дана в любом случае. Или Харальд действовал по приказу короля, или просто спасал себя и своего брата Вульфнота, который был у Вильгельма на тот момент в заложниках.