?

Log in

No account? Create an account
Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
Ричард I и его крестовый поход - 9
sigrig
mirrinminttu
Нет, Ричард не был настолько политически близорук, чтобы просто вздохнуть с облегчением из-за того, что теперь ему не придётся делиться ни славой, ни добычей. Собственно, в своё время он договорился с Филиппом, что они оба останутся в Святой земле не менее, чем на три года, или, по крайней мере, на срок, нужный для освобождения Иерусалима. И отказался освободить Филиппа от слова, о чём тот попросил в Акре.



То есть, запретить-то Ричард Филиппу отплытие на континент не мог, но сформулировал свою позицию он недвусмысленно: «Это было бы бесчестьем для милорда, уехать прежде, чем дело, ради которого он прибыл, будет закончено. Но если он чувствует себя больным или слабым, или боится умереть здесь, то пусть делает, что хочет». Вот как рождаются репутации.

Создаётся впечатление, что неформально их величества договорились за счёт Конрада Монферратского. Филипп посоветовал тому примириться с Ричардом, и прощение было попрошено и даровано. Диспут вокруг короны Иерусалима был проведён, и результатом стал некий компромисс. Уже коронованный Сибиллой, Ги де Лузиньян мог оставаться королём до своей смерти, а потом корона переходила к Конраду и его потомкам. Разумеется, Ричард затребовал и получил от Филиппа обещание не причинять неприятностей людям и собственности короля Англии, пока тот находится в крестовом походе, но кто же всерьёз подобные обещания воспринимал…

Францию отныне в Третьем крестовом представлял герцог Бургундии. Большая часть французского контингента покинула святую землю вместе со своим королём. Филипп также забрал свою половину сарацинов-заложников, и передал их в Тир, Конраду. Отбывал король не с пустыми руками – он попросил и получил у Ричарда два дополнительных корабля в свою флотилию, чтобы увезти добычу.

Мысленно перекрестившись вслед парусам, уносящим прочь короля Филиппа, Ричард засучил рукава. Как уже упоминалось, условия сдачи Акры предусматривали много чего, помимо сдачи стен. В частности, деньги и возвращение христианских пленников. И Ричард занял в этом вопросе абсолютно жёсткую, непримиримую позицию: или обещанное будет ему доставлено в срок, или сарацинские заложники будут казнены.

Саладин взъерепенился, что если заложников хоть пальцем тронут, он казнит всех христиан, до которых сможет дотянуться. В ответ Ричард выехал за стены крепости, расположился в павильоне, охраняемом всего несколькими рыцарями, и стал показательно ждать, пока ему доставят обещанное. Саладин за довольно короткий промежуток времени успел собрать некоторое количество пленников-христиан для передачи, но не деньги. Всё-таки, такие суммы никто на войну с собой не возит, и Ричард не мог этого не понимать. Хотя… он-то как раз возил. В любом случае, Саладин отправил королю Англии подарки и весть, чтобы тот подождал ещё немного. Но Ричард отослал подарки назад, и повторил, что или всё и в срок, или заложников казнят.

Ситуация получилась по-настоящему провокативной. Хотя очень часто утверждается, что сдача Акры была согласована с Саладином, тот, на самом деле, никогда ничего подобного не санкционировал. Эмир Акры действовал на свой страх и риск, спасая тех, кого ещё можно было спасти. Скорее всего, у него не было возможности оговорить условия сдачи, ему их продиктовали. Но выполнять условия пришлось именно Саладину, и он действительно начал активно собирать пленников-христиан для передачи Ричарду, но сроки для такой массивной операции оказались совершенно неподъёмными. Как оказалось – к счастью для тех пленников, которых Саладин в свой лагерь собрать не успел. Потому что оскорблённый возвратом подарков и резким тоном вестей от Ричарда, Саладин распорядился казнить всех тех, кого собрать успели.

Чего добивался Ричард своей непримиримой линией? Приходит в голову, что именно того, что случилось. Потому что Саладин в этой ситуации оказывался в проигрыше дважды. Во-первых, он становился личным врагом массы рядовых крестоносцев, которые были каким-то образом связаны с теми пленными, которых он казнил. Да и для пропаганды на Западе это деяние подходило как нельзя лучше. Во-вторых, ответная казнь сарацин-заложников не могла не повлиять на отношение к Саладину в его собственном лагере. Он не смог защитить своих, а это было бесчестьем. Ведь ему как бы была дана возможность, а то, что реальных шансов использовать эту возможность у Саладина не было, никого не интересовало.

С другой стороны, у бывших в курсе поведения Ричарда не могло не возникнуть аналогичных чувств: как он мог допустить и даже спровоцировать своим поведением казнь христианских пленников? Но он смог отчасти отвлечь внимание от этого неприятного момента, организовав никак не подготовленное, но массовое нападение на лагерь Саладина. В конце концов, история могла забыть, что оно случилось уже после казни, и что ни о какой попытке отбить своих у неверных речь не шла. Конечно, и в этом нападении погибли люди, но не похоже, чтобы Ричарда подобные мелочи интересовали.

Сам он стоически просидел в своём павильоне до 20 августа, после чего вернулся в Акру, велел согнать всех пленников мусульман в некоторое подобие загона за стенами города, и сказал крестоносцам «фас!». Пленники были задушены, после чего им отрубили головы. Мусульманские источники утверждают, что в тот день погибли 2 700 сарацин, но это, скорее всего, сильно преувеличено. Тем не менее, это было массовое убийство, и никого не волновало, что случилось оно в пятницу, после вознесения девы Марии, и не вписывалось ни в какие каноны никакой религии, не говоря уже о морали. Трупы остались даже непогребёнными.

В городе аналогичную операцию провёл герцог Бургундии. Надо сказать, что и христианские хроники говорят, что в общем в тот день были убиты около 5 000 мусульман. И что среди них не было тех, за кого можно было получить крупный выкуп. Эмир Акры, который тоже был среди заложников, тот день, во всяком случае, пережил.
Метки: