mirrinminttu (mirrinminttu) wrote,
mirrinminttu
mirrinminttu

Category:

Генрих IV царствует

Еще до первого созыва парламента Генрихом IV, архиепископ Арундел смастерил для него проповедь, в которой король как бы объявлял, что он хочет править «при помощи советов и указаний людей уважаемых, мудрых и честных». Он объявлял, что не собирается править авторитарно. Разумеется, это была риторика, но риторика такого пошиба, который так легко находит путь к сердцу каждого подданного.



Действительно, все указы 1397-98 гг были отменены, их жертвы были восстановлены в своих правах. С другой стороны, отмена указов Ричарда от 1397 г. означала, что герцоги Албермаль, Экзетер и Сюррей, маркиз Дорсет, граф Глочестер должны были вернуть собственность, дарованную им этими указами, и вернуться к прежним титулам. «Совершенно случайно» это были нобли, по эгоистическим причинам, но поддерживавшие Ричарда. А вот графам Саффолку и Оксфорду разрешили оставить себе конфискованные в их пользу Ричардом земли.

И все-таки, по тем временам Генрих обошелся со своими политическими противниками невероятно мягко. Никто не был казнен после казней в Бристоле и Честере, никто не был обездолен. Новый король явно не собирался создавать на свою голову группу озлобленных и обнищавших ноблей. Он был, несомненно, расстроен демонстративной оппозицией семейства де Перси, но вот пакостей от тех, кто действительно восстал против него, он явно не ожидал, судя по развитию событий. А надо бы!

В заговор против него вступили именно бывшие друзья Ричарда: Кент, Хантингтон и Рутленд. А ведь с ними король обошелся прекрасно. Они сохранили все, что дал им Ричард, и приобрели влияние при дворе Генри. Казалось бы... Но они решили вернуть к власти Ричарда весной 1400 года, во время турнира в Виндзоре. Вообще-то инициатором заговора были граф Салсбери и Томас Лорд Деспенсер, причем агенда заговора была очень жесткой: убить и самого Генриха, и его сыновей. Вышеупомянутые нобли к этому заговору только примкнули. Им даже удалось устроить беспорядки в Виндзоре, но они не поняли, к своему несчастью, что имеют дело с профессиональным военным, да и недооценили настроения «рядовых подданных» - о них они вряд ли даже задумались.

Генрих ушел из Виндзора верхом, быстро достиг Лондона, поднял там армию, и вернулся в Виндзор раньше, чем заговорщики поняли, что случилось. Мятежники отошли к западу от Виндзора, Генрих начал преследование. Он загнал Кента и Салсбери в Чиренчестер, где с ними расправилась толпа раньше, чем они могли поторговаться с королем об условиях сдачи – оба были обезглавлены. Хантингтона схватили в Шубуринессе, откуда перевезли в Плеши, где его прикончил какой-то выходец из Эссекса. Бристольцы линчевали Деспенсера. Остальные восемьдесят бунтовщиков предстали перед судом в Оксфорде, и тридцать из них были приговорены к смерти.

Это катастрофическое восстание явно показало, что бунт против короля страна не поддержит. Далее, стало ясно, что идея свержения Генриха не пользуется популярностью и среди ноблей. Но не менее ясно было и то, что живой Ричард представляет собой фигуру привлекательную для последующих политических авантюр. Ричард должен был умереть. Энтони Тук подчеркивает, что никто не знает, как король умер. Утверждение, что его убил по приказу короля некий рыцарь Пирс Экстон, по мнению Тука, несерьезно уже потому, что сэр Экстон был извлечен Френчем, как кролик из шляпы: ни до, ни после данный сэр нигде не упоминался, и вряд ли вообще существовал. Вероятнее, что Ричард умер от голода, но, опять же, неизвестно, уморил он себя сам, узнав о провале заговора, или его уморили тюремщики. Слухи о том, что Ричард жив и скрывается, очевидно, в Шотландии, разумеется циркулировали, но довольно вяло.

Имущество осужденных заговорщиков отошло, по решению королевского совета, к королевскому дому. Их распределили между членами семьи Генриха и лицами, ему служившими. Он не стал награждать имуществом ноблей, ему помогавших в подавлении восстания, по двум причинам: во-первых, он хотел сделать для них ясным, что защита короля входит в их обязанности, и, во-вторых, он просто стал больше доверять собственным служащим, чем чужим ноблям.

Более опасным, чем практически мгновенно подавленный заговор, было восстание в Уэлсе, в сентябре 1399, которое возглавил Овайн Глендовер. Изначально это была ссора с соседом, Реджинальдом де Греем, относительно земельных владений. Спор перерос в вооруженную атаку против Грея и его соседей-англичан, но в сентябре 1399 Глендовер был разбит при Вэлшпуле местными силами под командованием Хью Бурнелла. Мятеж, тем не менее, разрастался, и Генрих, по пути из очередного шотландского похода, прошелся карательным рейдом по северному Уэллсу. Мятежники затаились, но сам мятеж продолжал тлеть. Поползли слухи о каких-то древних предсказаниях, снова пошла в ход древняя мифология, всплыли расовые вопросы.



В 1402 году мятеж вспыхнул снова, Реджинальд Грей был похищен повстанцами, а вместе с ним – и Эдмунд Мортимер, дядя графа Марша. Генрих быстро выкупил Грея (который потом всю жизнь выплачивал сумму выкупа своему доброму королю), но не слишком торопился с освобождением Мортимера. Эта человеческая слабость, желание расправиться с потенциальным неприятелем чужими руками, обошлась Генриху очень дорого. Глендовер предложил Эдмунду в жены свою дочь, и тот женился, став, таким образом, чуть ли не королем Уэлса, не говоря о том, что его обширные владения стали для Англии недосягаемыми. Что еще хуже, именно этот момент семья де Перси выбрала, чтобы поставить точки над и в своей оппозиции к королю. В 1403 они присоединились к Мортимеру и Глендоверу.

Политическим манифестом этой акции был план свержения Генриха, и замена его графом Маршем, у которого были, с их точки зрения, более неоспоримые права на престол. Де Перси заодно решили оправдаться публично за свои действия в 1399, когда они, по сути, открыли двери Англии для Генриха. Теперь они заявляли, что помогли Болингбруку только потому, что поверили, что он явился требовать принадлежащее ему по праву наследство, но они вовсе не собирались делать его королем. Это, мягко говоря, было не совсем правдой. Другое дело, что вражда между Нортумберлендами и Генрихом росла постоянно и неуклонно. В течение 1401 года де Перси неоднократно обращались к новому королю с требованием денег для укрепления границ, но, если верить автору Eulogium Historiarum, король ответил: ”I have no money, so you shell have no money”.

Но дело было не в деньгах. На самом деле, касса королевства пыталась выплатить де Перси так много, как это только было возможно, да и задержка ассигнованных сумм была делом обычном. Дело было в другом, скорее всего – тот самый загадочный человеческий фактор. Генрих отказал де Перси, когда они предложили свою помощь в переговорах с Глендовером. Он запретил им потребовать выкуп с шотландцев, захваченных при Хомильдон Хилл. Он подчеркнуто благоволил к семье Невилл, которые были заклятыми врагами де Перси. В довершение к этому, при дворе появился шотландский граф Марш, Джордж Данбар, который искал союза Генриха против графа Дугласа. При Хомильдон Хилл Данбар воевал на стороне англичан, но его отношения с де Перси оставались весьма напряженными. Причем, потому, что дом Данбаров потерял во время бесчисленных англо-шотландских конфликтов земли в пользу Нортумберлендов. Соответственно, де Перси начали чувствовать, что новый союзник Англии будет, скорее всего, награжден за их счет.

А ведь Нортумберленды почему-то считали, что их военная мощь будет настолько ценной для короля, что они смогут, по сути, контролировать его и его действия. Какая глупость! Ни один король, тем более король, захвативший трон силой, не будет поддерживать магнатов, которые сильнее его самого. Отсюда и благоволение Генриха к Невиллам, и возвышение Данбара, и систематическое отталкивание де Перси от центра событий. Именно Данбар и сыграл решающую роль в падении дома де Перси: он, знающий местные условия, как никто другой, поторопил короля ударить по Глендоверу и Нортумберлендом до того, как они успеют соединиться. В жестокой битве при Шрюбери мятежники были разбиты. Молодой Нортумберленд, Хотспур, был убит в битве, его союзник граф Ворчестер был взят в плен и казнен после битве, а старший Нортумберленд сдался, сохранив этим себе жизнь, но потеряв владения и влияние. И снова Генрих не стал осыпать милостями своих союзников, сделав, скорее, символические жесты. Например, Данбар получил право управления некоторыми небольшими поместьями погибшего Хотспура (очевидно, теми, которые когда-то ему и принадлежали?), но не более.

По требованию палаты общин в январе 1404 года, Нортумберленд получил официальное помилование, и был публично примирен с Данбаром, королем и Вестморлендом. Но проблемы с Нортумберлендом на этом не закончились.

Генрих, по вполне понятной причине, хотел иметь своего «политического соперника», малолетнего графа Марша, под рукой, а не где-то там в вечно бурлящих пограничных территориях. Так что поместил он графа и его брата в Виндзорский замок, под опеку дочери герцога Йорка-старшего и сестры нынешнего (графа Рутленда, кстати), Констанс. Констанс же, надо сказать, имела биографию бурную. Во-первых, она была женой того лорда Деспенсера, который был в числе заговорщиков и был растерзан толпой в Бристоле. Во-вторых, ее любовником был граф Кент, брат которого тоже был в числе заговорщиков 1399-1400 гг, и тоже погиб. По каким резонам Генрих доверил присмотр за юным Маршершем именно Констанс – трудно понять. Впрочем, возможно, что и за самой леди Констанс присматривали. Во всяком случае, в феврале 1405 года, когда она внезапно отбыла в направлении своих земель в Уэлсе, прихватив обоих детей, ее довольно быстро нашли и остановили. Кстати, леди Констанс, со злости на брата, активно работающего на стороне Генриха, в момент задержания заявила, что она-то просто прогуляться выехала, а вот герцог Йорк планировал убить короля на прошлое Рождество. Герцога, на всякий случай, арестовали на пару месяцев, но быстро поняли, что он здесь не при чем.

Это современный фанарт, и, говорят, что-то напутано с гербами

А поняли, потому что в мае стало ясно, кто именно снова начинает мятеж. Нортумберденд. Более того, к нему присоединились Томас Мовбрей, граф Маршал, и Ричард Скроп, архиепископ Йорк. Йорк был одним из архиепископов, короновавших самого Генриха, но, с другой стороны, архиепископат Йорка сильно зависел от Нортумберленда.



Похоже на то, что Скроп хотел просто привести своих людей к де Перси, но был перехвачен де Невиллем, который арестовал его обманом, устроив дружескую попойку. И снова голов лишились все, кроме Нортумберленда, который затевал мятежи еще несколько раз, и даже обращался в 1407 году за помощью к герцогу Орлеанскому. В конце-концов, мятежный старец погиб в Йоркшире, где ему устроили засаду.

Тук подчеркивает, что все эти мятежи и восстания в Уэльсе не должны создавать картину, будто бы Ланкастеры не пользовались поддержкой подданных, и трон под Генрихом IV постоянно шатался. Вовсе нет! Мятежники, как это можно видеть, абсолютно не пользовались поддержкой, более того, чем дольше длились военные действия, тем меньше симпатий к ним оставалось, ведь из-за этого конкретно страдало земельное и денежное имущество многих ноблей, хотя Генрих был достаточно осторожен, и основные тяготы несли Ланкастерианские замки.

Пожалуй, можно сказать, что общий успех царствования Генриха объяснялся тем, что он никогда не преследовал семьи своих оппонентов. Виновные в заговоре против короля наказывались согласно закону, и по постановлению должного количества пэров – отсечением головы. Тем не менее, ни их имущество, ни их земли не конфисковывались, их наследники утверждались в наследственных правах, хотя король и мог при этом заметить, что доверие наследнику мятежника придется заслуживать самому.
Tags: Средневековая Англия
Subscribe

  • Дарем, самые своеобразные принцы-епископы/7

    Сын короля Генри II от замужней дамы Нест Блоэ, Морган, был избран епископом Дарема в начале 1215 года. Папа Иннокентий III поставил условием своего…

  • "Секреты дома Йорков"/28

    Итак, "летопись окончилась моя", или чем всё дело кончилось, в этой альтернативной истории г-жи Салмон. Эдвард IV и Элизабет Вудвилл получили…

  • "Секреты дома Йорков"/27

    Я недооценила г-жу Салмон - располагая Эдварда IV и Элизабет Вудвилл "в исторический контекст", она таки приходит к выводу, что знак Ордена Подвязки…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments