?

Log in

No account? Create an account
Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
Король Джон - 21
sigrig
mirrinminttu
Луи в будущем

Пока французский принц собирал рать, да переправлял ее в Лондон, пока скучающие французские рыцари с отвращением накачивались английским элем, Джон брал замки. 28 ноября пал Тонбридж, затем – Рочестер, затем – замок в Бедфорде. 6 декабря король отправился в марш, через Эссекс и Суррей в Хемпшир, и оттуда в Виндзор. А 20 декабря он уже совещался с двумя вернувшимися из Рима послами в Сент-Олбани.

Папа Иннокентий не отнесся легко к манипуляциям своей волей архиепископом Кентерберийским. Стефан Лэнгтон был смещен с занимаемой должности. То есть, сместили-то его коллеги еще раньше, но папа это смещение официально завизировал. И это решение было зачитано во всех церквях и соборах Англии.

Но перед Джоном стояла важная проблема, которую как-то надо было решать. Даже две. Во-первых, как ни крути, он сражался с англичанами при помощи французов. Во-вторых, эти французы были хороши, но стоили дорого.

Армию Джон решил разделить на две части. Начальствовать над одной из них он поставил все того же Уильяма, графа Салсбери. Сильно укрепив более талантливыми французами, конечно, и Уильям был англичанином, но, все-таки, это решение трудно понять. До сих пор этот сводный брат короля если чем и отличался, так это способностью проваливать даже обреченные, казалось бы, на успех военные операции.

Главой второй части армии Джон назначил себя, а целью обозначил удар по северным баронам именно на их территории, на севере. Очевидно, финансировать наемников Джон собирался именно добычей, которой он разжился бы во владениях своих врагов. Логично, хотя на практике всё оказалось несколько не по-королевски.

Говоря откровенно, это был карательный рейд. Не откладывая, король Джон уже ночью, сразу после переговоров, выступил на Дунстабл и Нортхемптон, и Рождество встретил в Ноттингеме. Королевские войска методично жгли поместья, принадлежавшие враждебным королю баронам, а все ценное, что им принадлежало, конфисковалось. На всех, кто был платежеспособен, накладывался выкуп. Джона чрезвычайно осуждают за этот поход, потому что пострадали от него те, кто ничего не решал, и просто в силу жизненных обстоятельств оказались подданными взбунтовавшихся баронов.

Причем, этих людей даже никто не защищал – баронские шерифы поспешно сматывались при приближении королевских войск, и так же поступали все, кто имел резвые средства передвижения, и место, куда бежать. То есть, осталась на местах самая беззащитная часть наседения, и это их поля и дома жег король. Да, они содержали своим трудом его врагов. Но они были его подданными. То есть, понять действия Джона можно. Оправдать же – вряд ли.

Буквально на следующий после Рождества день, король двинул на Лангар, а 27.12. 1215 выслал вестников к замку д´Юбиньи, что если Бельвуар не будет сдан немедленно, их сеньор, находящийся в заключении после падения Рочестерского замка, будет просто уморен голодом. Королю поверили, ибо подобные прецеденты уже были, и замок сдали.

А бароны с французскими войсками принца Луи… продолжали сидеть в Лондоне. В конце года Квинси с Фитц-Вальтером снова метнулись в Париж, умолять Филиппа срочно отправить к ним Луи, которого они немедленно коронуют. Филипп мысленно хихикнул (кто коронует-то? Единственный пригодный для этого прелат был отставлен папой, а сам папа открыто был на стороне Джона), придал своей подвижной физиономии величественный вид, и потребовал от англичан заложников из самых наиблагороднейших семей, числом в 24. Вот тогда он, может быть, и рискнет своим сыном и наследником. Сам-то Луи подпрыгивал на месте от нетерпения. Заложники покорно прибыли, но Филипп продолжал тянуть. Максимум, чего добились бароны – это клятвенного обещания, что к середине января принц будет на побережье, готовый отправиться в Англию.

Таким образом, породители Магна Карта, которых история прославит, как первых демократов английского королевства, сидели за лондонскими стенами, пока король, которого в истории ославят абсурдной кличкой «Мягкий меч», методично разорял их владения. Идиотская ситуация, которая, тем не менее, не была такой уж простой, как кажется.

Французские наемники баронов, жгущие одну часть королевства, пока французские наемники короля жгли другую? А как жить дальше? Как дальше править, если ни одна из враждующих сторон не сможет после конфликта никому сказать: мы воевали за вас. Гораздо удобнее посадить на трон альтернативного узурпатора-француза, который будет таскать головешки из костров для баронов. Которые, кстати, потом могли и передумать по поводу того, хотят ли они этого француза видеть своим королем. Особенно в условиях, если этот второй король и коронован-то не будет законно.

Филипп все это понимал. Но шанс раз и навсегда покончить с конкурентами был слишком хорош для того, чтобы просто от него отмахнуться. Так Джон, Филипп и остальные вовлеченные вступили в 1216 год.
Метки: