mirrinminttu (mirrinminttu) wrote,
mirrinminttu
mirrinminttu

Category:

Три Эдварда - Эдвард I

Три Эдварда – отец, сын и внук – были, кто бы спорил, людьми по характеру и темпераменту разными. Эдварда I называли «молотом скоттов» и «завоевателем Уэльса».



Эдвард III остался в истории примером практически идеального короля, всегда разумного и белее или менее справедливого.

Эдвард II был фигурой более сомнительной, принимая во внимание скандалы и сплетни, изрядно отравляющие его жизнь и не дающие ему покоя после смерти. Скорее всего, две особенности этого короля отражаются правдиво: некоторая леноватость и категорическое нежелание воевать, что было в глазах современником непростительным грехом. Но царствования всех троих стало временем, когда начала по-настоящему складываться «трехголовая» система управления королевством: король, лорды и «простые люди».

Эдвард I не торопился короноваться. Известие о смерти отца настигло его в южной Италии, на пути из очередного крестового похода. Права Эдварда на корону никем и не оспаривались. Спорной была манера править. Дед Эдварда I, король Джон, говаривал, что у него в Англии столько же врагов, сколько баронов, и был совершенно прав. Его сыну Генри, отцу Эдварда I, бароны тоже крови попили, и даже в плену подержали. Эдвард, который пацифизмом с детства не страдал, решил показать будущим подданным, что именно он собирается с ними сделать и как именно править. Во-первых, он принял участие в одном из самых кровавых турниров во Франции. Во вторых, после турнира он отправился в Гасконь, где без церемоний подавил очередную попытку бунта.

Симон де Монфор, старый враг

Это рейд в Гасконь имел более глубокий смысл, чем просто введение провинции в меридиан. В Гаскони правил когда-то королевским наместником Симон де Монфор, который сначала захватил в плен короля Генри, а потом и попытался захватить его корону. В 1266 году Эдвард разбил де Монфора наголову, но оставшиеся де Монфоры бежали во Францию, и в 1271 году убили кузена Эдварда, которого тот послал именно успокоить Гасконь – убили предательски, в церкви.

Сразу после коронации, этот король-великан, блондин ростом 190 см, снял корону с головы и заявил, что не наденет ее, пока не отвоюет то, что его отец потерял – а именно, королевскую власть. Надо сказать, сделал он это совершенно оригинальным методом, достойным его обоих дедов, родного и двоюродного. В результате успешных баронских войн, Англия уже много десятков лет не являлась единым королевством в буквальном смысле слова. Она превратилась в непрочный союз почти независимых феодалов. И вот из крестового похода неспешно прибывает король, который уже в юные годы показал, что крови он не боится. Чего могли ожидать бароны? Вендетты, разумеется. Ведь Гасконь тому примером.



Бароны ошиблись. Эдвард просто амнистировал всех врагов чохом и даже разрешил им вернуть те их владения, которые когда-то были отчуждены короной. Вернуть, выкупив. И королевство успокоил, и казну наполнил. Что совсем интересно, этот принц подметил, в чем была главная ошибка его деда и отца, ставшими практически пленниками собственных баронов: они упустили власть потому, что искали союзников несколько не там… Эдвард решил показать своим подданным новую расстановку: он, король, и они, его народ, против «жирных котов» - баронства.

И он назначил общее расследование против коррупции, результат которой зафиксирован в документах, получивших название «Сто Списков». Ничто не было упущено, ни одна мелочь , даже незаконный штраф, наложенный бейлифом Стамфорда на мельника – явно с целью конфискации мельничных жерновов, какая-то местная склока.

Не то, чтобы все коррупционеры были наказаны. Вряд ли это было бы даже возможно, потому что злоупотребления продолжались более полувека. Но несколько громких процессов провели, кучу законов, гарантирующих равные права подданных перед законом, выпустили. Этого хватило. Народ решил, что королю их судьбы не безразличны, а бароны поняли, что почти любого из них король может легально уничтожить собранными материалами.

Старт был хорошим, но останавливаться на этом было, конечно, нельзя. Война была стилем жизни знати того времени, смыслом их жизни. А ничто не объединяет нацию лучше, чем победоносная война за права этой нации где-нибудь на стороне. В данном случае, под руку подвернулся Уэльс, который, как и Шотландия, почти уже отделился от Британии. Несколько раз безуспешно призвав Ллевелина опомниться и принести оммаж, Эдвард собрал войско и отправился покорять Уэльс.

Собственно, не он первый, но разница была. Разница была в том, что теперь Уэльс был вынужден признать английские законы. Плюс, было очень мало стычек, как таковых. Силы были настолько неравны, что кампанию Эдварда вполне можно назвать оккупацией Уэльса. А законы, выпущенные сразу после коронации, да под шум возвращения английского влияния в Уэльсе, теперь рассматривали бунт против короля государственным преступлением. Так-то. То ли бароны это проморгали, то ли не посмели вякнуть, памятуя о собранном королем компромате.

С Шотландией было, конечно, посложнее. Для начала, была масса браков через границу, были земли в Англии, принадлежавшие шотландцам. Кто-то из шотландцев сражались за английских королей, кто-то против. Королевство было древнее. Но то ли самостоятельное, то ли нет. Историк Дэвид Старки утверждает, что Эдвард I обладал менталитетом юриста: ему была необходима полная определенность, четкий договор – причем, на ЕГО условиях.

Единственной прямой наследницей короля Александра III Шотландского была Маргарет, Дева Норвегии. Эдвард решил женить на ней своего старшенького, но дева скончалась по дороге в Шотландию. Или сбежала, кто ее знает. Вроде, появлялась лет через 10 в Норвегии женщина, утверждающая, что она – та самая Маргарет, но ее королевский дом отверг. Трон Шотландии оказался вакантным.



По праву феодального оверлорда, Эдвард объявил, что нового короля Шотландии выберет он. И выбрал, из двенадцати кандидатов! Не случайностью стало то, что выбран был Джеймс Баллиол, основатель Оксфорда и один из значительных земельных магнатов Англии. Удобно для короля Эдварда, обидно для лордов Шотландии. Ведь Эдвард и здесь поставил дело так, как в Уэльсе: английские законы и английские суды, а главный – он, оверлорд Шотландии. Который, ежели пожелает, может и на ковер вызвать шотландского короля. Уж не знаю, насколько такая линия была разумна. Для Баллиола не была. Шотландия взбунтовалась.

Что ж, бунт позволил Эдварду промаршировать через всю Шотландию, взять Эдинбург за 5 дней, и закончить кампанию покорения Шотландии за 21 неделю. Это он увез из Шотландии Скунский Камень, и поместил его под коронационный трон английских королей в Вестминстерское Аббатство. На следующие 700 лет. И на столько же лет английский престол получил бесконечные проблемы с вечно бурлящей и бунтующей Шотландией.

трон и Скунский Камень

Англичане получили своего нового короля-завоевателя. Того, кого можно бояться, кем можно гордиться и кичиться. Было только вопросом времени, когда Эдвард схлестнётся с королем французов. Вполне понятно, что для такой агрессивной политики была нужна сильная армия, а для содержания армии были нужны деньги. А договор между англичанами и их королями, Магна Карта, которую признал Генрих III, четко говорил, что налоги без согласия парламента король собирать не может.

К чести Эдварда I, у него была умная голова в придачу к свирепости и воинственности. Он получил в свое время опору в лице средних и низших классов своих подданных, и он никогда не забывал, что именно они несут основные налоговые тяготы. С его точки зрения, было только справедливо разделить с этими людьми реальную власть и видение того, по какому курсу пойдет Англия. Он вывел королевство из того тупика, в которое его загнали баронские войны против собственных королей. Пожалуй, именно с тех пор и началось перетягивание каната между аристократической и бюрократической составляющими королевской администрации. Выигрывал от такого соревнования король.

Разумеется, Эдвард вовсе не жил в тихом согласии со своим парламентом. Они традиционно рядились и ругались, угрожали друг другу, делали ложные выпады и искали компромиссы. Возможно, это был только союз по необходимости. Но без этого союза, предполагаю, даже такой воинственный человек, как Эдвард I, увяз бы в болоте вечно неверной баронской массы, как его дед и отец. Возможно, у него было просто более широкое мировоззрение, благодаря тому, что он отправился в Крестовый Поход и пообщался там на равных с другими европейскими венценосцами.



Он дожил до 68 лет, и умер в очередном походе.
Tags: edward i
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments