Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
О смерти Ричарда III - 4
sigrig
mirrinminttu
Генри Тюдор распорядился построить королевскую гробницу для своего предшественника уже в 1494 году, всего через девять лет после смерти короля Ричарда. По всем меркам, это был необычно короткий период, можно сказать – беспрецедентно короткий. Задачу он поручил двум самым верным своим последователям, Реджинальду Брэю и Томасу Ловеллу. Мать Ричарда, Сесили Невилл, была еще жива, и, похоже, выражала изначально сомнения по поводу выбора, но уже через год назначила сама Брэя и Ловелла исполнителями собственного завещания. Очевидно, она убедилась в их добросовестности.



Разумеется, Брэй и Ловелл были только организаторами и супервайзерами работ, практическую часть они поручили мастеру по работам с алебастром, Уильяму Хилтону из Ноттингема. Хилтон, надо сказать, был еще и мэром Ноттингема в 1489-1490 и 1496-1497 годах. Под руководством Хилтона, алебастровый монумент Ричарду был установлен в «церкви фриаров в Лейчестере». Хилтон получил за работу 50 фунтов. Но, фактически, эта, по тем временам очень солидная, сумма была только частью расходов.

В книге расходов Генри Тюдора, в которой он лично подписывал каждый лист, значится: «11 сент. – Джеймсу Кейли для гробницы короля Ричарда 10 фунтов 1 шиллинг». Это – запись от 1495 года. Судя по всему, это – плата за перевозку монумента из Ноттингема в Лейчестер, потому что точно такую же сумму Тюдор заплатил «мастеру Эстфилду» за перевозку собственного из Виндзора в Вестминстер. Разумеется, были и другие расходы, но хозяйственные записи короля-скряги, дошедшие до наших дней – это не оригиналы, и даже не первые копии. Это, как минимум, вторые копии, в которых отсутствуют листы и даты.

Но, допустим, Генри Тюдор отвалил сумму всего в 60 фунтов на гробницу Ричарда. Много это или мало? Для сравнения можно взять алебастровую статую девы Марии, которую можно было купить за 2 фунта. Есть контракт, который заключил некий Генри Фолджамб для сооружения своей гробницы. На крышке должны были быть изображения самого Фолджамба с «небольшими фигурами», на боковых панелях – щиты с геральдическими знаками. Фигуры на крышке должны были быть покрыты медью, но неясно, входило ли это в сумму 10 фунтов, которые заплатил Фолджамб. В любом случае, это сравнение дает представление о том, какой внушительной работой должна была быть гробница короля Ричарда. Еще одно сравнение: гробница самой Сесили Невилл обошлась в 66 фунтов. То есть, Генри Тюдор мог быть (и был) скрягой, но на захоронении своего врага он не сэкономил ни шиллинга.

Монумент на могиле Сесили и Ричарда Йорков, сделанный по приказу королевы Елизаветы. Оригинальные гробницы были разрущены Генрихом VIII

Тем не менее, ронять слезу умиления над благородством Генри Тюдора не стоит. Он ничего не делал просто так. С тех пор, как повзрослел и получил некоторые практические уроки на тему политики, не делал. Ключевое слово к пониманию интриги – «король». Ричард называется королем на каждом повороте, в каждой квитанции, ему воздвигают королевскую гробницу. Это потому, что в 1493-1494 году на голову Генри Тюдора посыпались, как из рога изобилия, «сыновья» Эдварда IV. Именно в тот момент сестра королей Эдварда и Ричарда, Маргарита, пригрела своего якобы племянника Ричарда, и Тюдор, через блестяще администрируемую шпионскую сеть своей матушки, знал, что против него готовится заговор и внутри страны.

Здесь идея довольно проста. Парламент Ричарда объявил детей короля Эдварда от Элизабет Вудвилл бастардами, поскольку брак этой пары не был действителен по действующим в стране законам. Тот же парламент обратился к Ричарду с просьбой принять корону, на что тот согласился. Ричарда короновали, и он стал совершенно законным королем Англии. В тот момент Генри Тюдору и тем, кто стоял за ним, было выгодно говорить об узурпации трона. Короновавшись, Тюдор отменил бастардизацию своей будущей жены, зная, по-видимому, что ее братья ему больше не опасны. И вдруг появляется на горизонте якобы второй сын короля Эдди, называющий узурпатором уже Тюдора. В этой ситуации Тюдору стало выгодно всячески подчеркивать королевский статус своего предшественника. В конце концов, если Ричард Глочестер был законным королем-йоркистом, то Ричард Шрюсбери (настоящий или самозванец) законным претендентом на трон от той же партии йоркистов быть не мог. Поскольку Ричард Глочестер был мертв, Тюдор поставил на него.

Варбек, то ли Ричард Шрюсбери, то ли нет

И, наконец, вопрос с эпитафией. Текст ее известен, опять же, благодаря неутомимому Джорджу Баку. Существует она в двух версиях, латинской и английском переводе, сделанном, вероятно, тем же Баком. Эпитафию до последнего времени изучали мало. Вернее, совсем не изучали, считая отсебятиной Бака – ведь гробница не сохранилась, сравнить было не с чем. Эшдаун-Хилл утверждает, что одного взгляда на латинский тест эпитафии достаточно для того, чтобы понять – это не фикция. Ему виднее, так что дальше снова идут рассуждения профессора.

Во-первых, эпитафия написана между 1485 годом (смерть Ричарда), и 1619 годом (публикация Бака). Она не может быть написана после 1535 года, потому что содержит в тексте призывы молиться за душу, свойственные католицизму. То есть, маловероятно, чтобы текст был сочинен после начала Реформации. По тексту, структуре, форме и длине эпитафия идентична тем, которые сделаны для Катерины Валуа, вдовы Генри V, и самого Генри VII. Структурно, она отвечает стандартам приблизительно 1495 года. Далее, эпитафия, приведенная Баком – не единственная. В 1647 году Фрэнсис Сандфорд опубликовал генеалогическую историю королей Англии, где приводит эпитафию с некоторыми отличиями от текста Бака, и упоминает об этом. То есть, источники у Сандфорда и Бака были разными.

Источником Сандфорда был манускрипт, написанный Томасом Хоули. Хоули умер в 1557 году, то есть он скопировал откуда-то текст до этого года. Благодаря тому, что Сандфорд и Хоули оба были чиновниками палаты герольдов, отыскать источник, которым пользовался Хоули, удалось. Это копия, сделанная почерком Томаса Ризли, который умер в 1534 году. Томас Ризли был, в свою очередь, сыном и помощником Джона Риза, который служил герольдом при трех королях: Эдварде IV, РичардеIII и Генри VII. Скорее всего, их версия эпитафии была скопирована непосредственно с гробницы.

Бак свою версию нашел в доме гильдий. И перевел. Перевел, как умел, да еще и в стихотворной форме – в духе времени. Поэтому его эпитафию и объявили фиктивной. Но проблема была не в этом. Эпитафия была подлинной, но латинский ее текст был настолько сложным, что упрямо не хотел складываться в вирши. Но Бак сложил, что-то изменив и что-то убрав – по собственному усмотрению:

"I who am laid beneath this marble stone,
Richard the Third, possess'd the British Throne.
My Country's Guardian in my Nephew's claim,
By trust betray'd I to the Kingdom came.
Two years and sixty days, save two, I reign'd;
And bravely strove in fight; but, unsustain'd
My English left me in the luckless field,
Where I to Henry's arms was forc'd to yield.
Yet as his cost my corse this Tomb obtains,
Who piously interr'd me, and ordains
That Regal honours wait a King's remains.
Th' year thirteen hundred 'twas and eighty-four,
The twenty-first of August, when its power
And all its rights I did to the Red Rose restore.
Reader, whoe'er thou art, thy prayers bestow,
T'atone my crimes, and ease my pains below."

Разумеется, эту версию историки и отвергли, не потрудившись исследовать латинскую версию, которую Бак таки приводит:

"Epitaphium Regis Richardi Tertii, sepulti ad Leicestriam, jussu et sumptibus Sti Regis Henrici Septimi.
Hic ego, quem vario tellus sub marmore claudit,
Tertius a justa[a] voce Richardus eram.
Tutor eram patriae[b], patrius pro jure nepotis;
Dirupta, tenui regna Britanna, fide.
Sexaginta dies binis duntaxat ademptis
AEstatesque tuli tunc[c] mea sceptra duas.
Fortiter in bello certans[d] desertus ab Anglis,
Rex Henrici, tibi, septime, succubui.
At sumptu, pius ipse, tuo, sic ossa dicaras[e],
Regem olimque facis regis honore coli.
Quatuor exceptis jam tantum, quinque bis annis,
Acta trecenta quidem, lustra salutis erant.
Anteque Septembris undena luce kalendas,
Reddideram rubrae jura petita[f] Rosae.
At mea, quisquis eris, propter commissa precare,
Sit minor ut precibus poena levata [g] tuis."

В общем, профессор сделал дословный перевод. Я не буду уподобляться Баку и переводить на русский, просто укажу главное отличие. Там, где Бак употребляет слово «преступления», crimes, латинская версия предполагает достаточно ритуальную фразу с просьбой простить обиды, offences. Cтандартно для средневекового периода, когда люди верили, что душа усопшего попадает в чистилище, и количество молитв помогает уменьшить срок ее нахождения там.

I, here, whom the earth encloses under various coloured marble,
Was justly called Richard the Third.
I was Protector of my country, an uncle ruling on behalf of his nephew.
I held the British kingdoms in trust, (although) they were disunited.
These for just sixty days less two,
And two summers, I held my scepters.
Fighting bravely in wars, deserted by the English,
I succumbed to you, King Henry VII.
But you yourself, piously, at your expense, thus honoured my bones,
And caused a former king to be revered with the honour of a king
When in twice five years less four
Three hundred five-year periods of our salvation had passed.
And eleven days before the Kalends of September
I surrendered to the red rose the power it desired.
Whoever you are, pray for my offences,
That my punishment may be lessened by your prayers.

Я бы сказала, хороший текст, уважительный и ясный. В отличие от стихотворного перевода Бака, в латинской версии нет ничего относительно преданного доверия. Вместо «My Country's Guardian in my Nephew's claim, By trust betray'd I to the Kingdom came» (будучи защитником королевства для моего племянника, я пришел к власти, предав доверие), латинский, оригинальный, текст просто говорит «I was Protector of my country, an uncle ruling on behalf of his nephew.» (я был Протектором своей страны, дядей, правящим от лица племянника).


Окно Йорков в церкви Фотерингея
Метки:

?

Log in

No account? Create an account