Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
Приключения Франсис Говард, графини Эссекс и Сомерсет - 2
sigrig
mirrinminttu
В начале ноября 1613 года Карр стал графом Сомерсетом, а в конце декабря Франсис Говард и Роберт Карр поженились. Счастье? Как бы не так. Как говорится, «весь Лондон знал», что леди по уши замешана в своевременной для нее смерти Овербери, памфлетов с прозрачными намеками об этом ходило предостаточно. Но официально никто никого не обвинял, пока Карр оставался в фаворе. Увы, ничто не длится вечно, и в 1615 году король Джеймс и Робер Карр рассорились.

король Джеймс

Рассорились сначала по-домашнему, со списком претензий от короля, которые он имел к своему фавориту. Но потом король обратил свое внимание на Джорджа Вильерса (или его внимание на Вильерса обратила королева Анна), герцога Бэкингема, и Карр решительно лишился всякого влияния при дворе. Врагам Карра можно было начинать раскопки в смерти Томаса Овербери.

Вильерс, новый фаворит

В 1613 году никто из сильных мира сего по поводу его смерти особо не беспокоился (ехидные лондонцы не в счет). Предполагалось, что Овербери умер от сифилиса, тем более, что лечили его, как тогда было принято, пилюлями с ртутью, да и тело имело такой вид, что в диагнозе никто не усомнился. И не хотели усомниться, конечно. Но в 1615 года из Франции дошла весть, что некий Уильям Рив, помощник аптекаря Саймона Франклина, опасно там заболел, и решил исповедоваться. А в исповеди признался, что однажды изготовил ядовитую клизму для Томаса Овербери. Да, все имена были названы! Просто потрясающее совпадение болезни Рива и ссоры Джеймса с Карром, вы не находите?

Впрочем, Карр действительно снабжал своего друга в Тауэре клизмами и слабительными, потому что тот от ядовитых пилюлек чувствовал себя не лучшим образом. Только поэтому Овербери и не умер сразу. Но леди Франсис однажды заказала ядовитую клизму у Франклина, и Овербери сменил Тауэр на лучший мир. Скорее всего, Карр действительно не ведал ни сном, ни духом о том, насколько активно его будущая жена и ее родичи спроваживали Овербери на тот свет. Но удар был нацелен именно на него. Остается вопрос, кто инициировал удар?

Похоже, что королева Анна, которая Карра не переносила. Более того, Анна была в плохих отношениях с дядей-Говардом, который с самого начала жизни в Англии пытался вбить клин между ней и королем. Что было не так уж сложно, учитывая скандалы супругов еще в Шотландии.

королева Анна

И надо же так случиться, что расследование обстоятельств смерти Томаса Овербери начал человек Анны, сэр Эдвард Кук. Эдвард Кук был личностью непростой. С одной стороны, он явно засудил сэра Рейли. С другой стороны, он буквально достал короля до печенок тем, что ограничил королевское право выдавать патенты на торговые бенефиты по своему усмотрению и сильно ограничил понятие «государственной измены», которое Тюдоры, за исключением королевы Мэри, применяли очень охотно по поводу и без.

Эдвард Кук

Соперником и, можно сказать, врагом Кука был сэр Фрэнсис Бэкон, который был назначен вторым судьей, ведущим следствие по делу о смерти сэра Томаса Овербери. Кук очень быстро законопатил в Тауэр и чету Сомерсетов, и мистрисс Тёрнер, и бывшего лейтенанта Тауэра, и аптекаря со стражником. Ведь король явно вмешивался в дело о разводе Эссекса в пользу Карра, и смертельно перепугался от одной мысли, что может наговорить в суде его простоватый экс-фаворит. Карру было велено признать себя виновным без лишних слов, в обман на клятвенное заверение, что и он, и его жена будут немедленно помилованы после вынесения приговора.

Фрэнсис Бэкон

Для Карра вся история была, несомненно, шоком. Он пытался оправдаться в ходе следствия, но ему дали понять, что под тяжестью косвенных доказательств его осудят в любом случае. Так что признать себя виновным и получить помилование – его единственный шанс. Очевидно, он узнал и о том, что мистрисс Тёрнер охотно дала показания, что поставляла леди Франсис не только пилюли против потенции для ее мужа, но еще и порошки, целью которых было разжечь страсть у Карра.

Мистрисс Тёрнер вообще было нечего терять. Кук обращался к ней, как к «шлюхе, своднице, колдунье, ведьме, папистке и убийце». Она знала, что ее осудят. Ее и осудили. Тёрнер, вместе с аптекарем и помощниками Говардов, была повешена.

Леди Франсис и ее муж были приговорены к смерти, но действительно помилованы, как им и было обещано. Только вот освободить из Тауэра их не пообещали, и не освободили еще долго. Леди Франсис родила дочь в Тауэре, и оставалась там до самого 1622 года. Роберт Карр – до 1624. Им запретили появляться в столице, и пара была практически сослана в Розерфилд Грейс в Оксфордшир. Там они и прожили до конца своих дней. Карр никогда не простил свою жену, и супруги вряд ли сказали друг другу несколько слов, живя в разных частях дома и никак не пересекаясь. Франсис умерла в 1632 году от рака, Карр – в 1645. Есть некоторые показания (вызов на суд в Звездную Палату), что он участвовал в планах создания временного правительства, переписываясь с Робертом Дадли, сыном графа Лейчестерского. В любом случае, если он чувствовал себя пострадавшим от королевского произвола, он успел увидеть реванш.

Как ни странно, единственная дочь этой несчастной пары, Анна, вышла замуж вполне достойно, за Уильяма Рассела, 5-го графа Бедфорда. Она была красива, очень порядочна, и сумела своими достоинствами компенсировать мрачные обстоятельства своего рождения.

Анна Карр

А Томас Овербери успел написать в тюрьме нечто вроде поэмы с многоговорящим названием «Жена».

But let the fashion more to modesty
Tend, then assurance: modesty doth set
The face in her just place, from passions free,
'Tis both the mindes, and bodies beauty met;
But modesty no vertue can we see;
That is the faces onely chastity
Метки:

?

Log in

No account? Create an account