?

Log in

No account? Create an account
Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
Тюдоровские женщины - судьбы, приключения, злоключения
sigrig
mirrinminttu


Элис Брэдбридж с двумя из своих сыновей

Дениз Бодли (1492- 1561)

Дочь портного их Экзетера, который переехал с семьей в Лондон. Овдовев, ее мать вышла замуж за торговца Томаса Брэдбери, который был мэром Лондона в 1509 году. Он вырастил Дениз и подарил ей поместье Весткот в Кенте. Потом Дениз вышла замуж за Николаса Левесона, тоже торговца, и они переехали в Прествуд, Стаффордшир.

После смерти своей матери, пережившей и второго мужа, Дениз получила в наследство еще два поместья, Блэк Нотли и Стонтон. У Дениз и Николаса было 18 детей! Тем не менее, Дениз своего мужа пережила. Он завещал лично ей дом, в котором они жили, сад на Лим Стрит в Лондоне, земли в Кенте, земли, скот и арендаторов в Эссексе, и всю мебель и посуду их лондонского дома.

Но Дениз и не подумала уходить на покой. Она подхватила бизнес своего мужа, набрала собственных подмастерьев, и занялась экспортом шерсти, что было бизнесом, где уровень конкуренции был достаточно высоким. А эта вдовица стала самым крупным экспортером шерсти уже в первый год правления Эдуарда VI. Когда Англия потеряла Кале, Дениз добилась лицензии экспортировать шерсть в Брюгге. А в завещании она оставила гильдии торговцев, членом которой была, 10 фунтов на обед в ее память.

Томазина Бонавентура (1450-1512)

Из обычной фермерской семьи. О том, как она попала в Лондон, есть версия, что ее увидел одил лондонский торговец, Ричард Бримсби, когда она пасла овец. Очевидно, и Томазина, и ее брат Ричард получили образование в детстве, потому что брат позже стал священником, а торговец счел ее подходящей компанией для своей жены. Когда жена Бримсби умерла, он женился на Томазине. А через три года умер и сам – от чумы.

Овдовев, Томазина вышла за моряка, торговца и искателя приключений (то есть, одного из тех, кто торговал или пиратствовал, судя по обстоятельствам) по имени Генри Голл. И через пять лет снова овдовела. Голл оставил ей бизнес фунтов на сто, столько же в деньгах, и всех своих подмастерий.

Томазина занялась торговлей одеждой, что было прибыльным бизнесом, и около 1469 года снова вышла замуж, за Джона Персиваля, портного, который стал мэром Лондона в 1498 году. Снова овдовев, Томазина подхватила его бизнес, сама тренировала подмастерий, но нажила врагов. Против нее были выдвинуты какие-то обвинения, но Генрих VII настолько любил деньги, что помиловал Томазину за 1 000 фунтов штрафа – безумные деньги по тем временам.

Но вряд ли Томазина сильно обеднела. Она переехала в Вик Сент Мэри, и занялась добрыми делами. Построили мост в Вик Форд, ремонтировала дороги, снабжала бедных невест приданым, выстроила колледж и школу. А еще она снабжала едой и прочими необходимостями заключенных в Лондоне и Корнуолле. И дожила до 89 лет. Детей у нее не было ни в одном браке.

Элис Брэдбридж (1523-1604)

Была одной из 14 детей у своих родителей. Людей, очевидно, не бедных, потому что когда Элис вышла в 1546 –м за Франсиса Барнема, за ней дали 10 фунтов приданого.

С Барнемом, торговцем мануфактурой и олдерменом в Лондоне, они нажили четверых сыновей. В 1561 году Барнем получил даже собственный герб! Что не помешало ему быть обвиненным, вместе с супругой, в ростовщичестве в 1574 году. Впрочем, обвинение не привело к суду, так что есть основания предположить, что дело оказалось оговором.

С 1560 года Элис работала по шелку по собственному праву, то есть, это был ее собственный бизнес, не зависящий от мужа. Когда она овдовела, за ней стал ухаживать сэр Томас Рамси, мэр Лондона в 1577 году. Элис ему отказала, потому что он набрался наглости включить в брачный контракт условие объединения состояний.

Энн Брэндон (1507- 1558)

Очень своеобразная дочь Чарльза Брэндона. Она родилась в тот момент, когда ее папочка решил сделать вид, что не имеет никакого отношения к ее матери, Энн Брауни. Сэр Чарльз предпочел богатую вдову, Маргарет Невилл. Но брак объявили недействительным и аннулировали, так что Брэндон вернулся к Энн и женился на ней.

В 1514, сэр Чарльз пристроил свою семилетнюю дочь ко двору Маргариты Савойской, где она и прожила два года. А когда Энн Брэндон вернулась домой, в Весторп Холл, то нашла там мачеху, прекрасную сестру короля.

Из-за запутанных брачных дел сэра Чарльза, ему и Мэри понадобилась специальная папская булла, подтверждающая, что он действительно разведен с Маргарет Невилл. Иначе законность детей Мэри и Чарльзы могла бы быть оспорена. Для Энн папская булла тоже была спасением, потому что она утвердила и ее законность.

В 1531- м для Энн началась взрослая жизнь. Она вышла замуж за барона Эдварда Грея. Их хватило ровно на 6 лет. В 1537 году Энн ушла к любовнику, Рэнделлу Ховесу, а лорд Грей взял любовницу, Джейн Орвелл. Почему-то Чарльз Брэндон решил, что Грей обязан содержать сбежавшую жену, и даже выкрутил (при помощи Кромвеля) содержание в 100 фунтов в год для дочери.

В 1540, Эдвард Грей попросил у королевского совета наказания для Энн за супружескую неверность, и за то, что она, вместе с любовником, строит планы его убийства. Разумеется, против дочери Брэндона никаких действий принято не было, да и вряд ли она умышляла что-то против своего бывшего супруга и дойной коровы. Но Грей избавился, благодаря этому камерному скандальчику, от необходимости содержать бывшую жену, открыто живущую с любовником. А Брэндон, которого, образно говоря, повозили личиком по столу, обозлился на Энн настолько, что не включил ее в завещание.

Энн не растерялась, и где-то между 1545 и 1551 гг сговорилась с судьей Джоном Бьюмонтом. При его помощи она сделала несколько земельных приобретений по фальшивым документам, выписанных, якобы, ее отцом. Пострадавшим оказался маркиз Дорсет, муж ее сводной сестры. В 1552 –м авантюра лопнула, судья был арестован, но Энн снова вышла сухой из воды.

Элизабет Гэйл (год смерти 1559)

Дочь лондонского купца и жена торговца одеждой, Элизабет была единственной женщиной, вложившей деньги в Московскую торговую компанию по своему праву, и одной из двух женщин среди 201 основателя этой компании в 1555 году. К тому моменту она была вдовой и матерью одиннадцати детей. К моменту ее смерти, ее состояние оценивалось более, чем в 1000 фунтов.



Мэри Сидни (1587-1652)

Что может сделать молодая вдова аристократа, обремененная разоренным хозяйством и новорожденным сыном? Мэри Сидни взялась за перо. Это она стала первой женщиной-писателем в Англии.

The Countesse of Mountgomeries’s Urania разъярила критиков до крайности. Мэри называли монстром, даже гермофродитом (мужским же делом занялась!), на нее нападали за все мыслимые и немыслимые нарушения кода приличий. Тем более, что она действительно не очень-то морочила себе голову приличиями, нажив во времена своего вдовства пару детей от своего кузена, Уильяма Герберта, 3-го графа Пемброка.

Еще Мэри писала сонеты:

Eyes hauing [wunn], reiecting proues a sting
Killing the budd before the tree doth spring;
Sweet lipps, not loving, doe as poyson prove:
Desire, sight, Eyes, lipps; seeke, see, proue, and finde
You love may winn, but curses if vnkind,
Then show you harmes dislike, and ioy in love

Текст «Урании» с анализом произведения найдется здесь: http://www.luminarium.org/renascence-editions/mary.html#Introduction

Сара Вильямс (1570-1594)

Иногда под видом религиозных ритуалов происходят страшные вещи. Сара Вильямс была из семьи протестантов. Как это было заведено, в 15 лет она пошли работать, найдя себе довольно престижное место, в хозяйстве сэра Джорджа Пекема. Чего девушка не знала, так это тайны сэра Пекема: он был тайным католиком. И, разумеется, в доме был католический священник, Роберт Дибдейл. Саре не повезло наткнуться не на фанатика даже, а на фигуру позатейливее. Дибдейл затеял дьявольскую игру, объявив, что Сара – одержимая, и что над ней надо провести сеанс экзорцизма. Ее поили какими-то настойками, заставляли вдыхать какие-то пары. Наркотические, очевидно, потому что у нее действительно начались видения.

Гром для Дибдейла грянул, когда Сару вдруг арестовали власти за то, что она уже 4 года не показывалась в церкви. Наказанием было бы пять месяцев тюрьмы. В данном случае, арест стал спасением. Придя в себя, девушка рассказала об игрищах в доме Пекема, о том, что и ее, и остальных девушек из прислуги сексуально использовали сначала Дибдейл, а потом его приятели, тоже священники, между прочим. В приличном с виду доме девушки были настоящими пленницами, которых держали под действием наркотиков и не позволяли вернуться домой.

У этой истории счастливый конец – для Сары Вильямс, во всяком случае. Она выздоровела, смогла вернуться к родителям, вышла замуж вполне счастливо и нажила пятерых детей.

Элизабет Вайтпол (1510-1537)

Элизабет, дочь лондонского торговца и олдермена, получила блестящее образование. Она читала и писала на латыни, испанском, итальянском, не говоря об английском. Но особенно талантлива девушка была в сложностях бухгалтерии и математики.

Когда ей было 15 лет, она написала эссе "Curious Calligraphy", где продемонстрировала свое искусство в трех типах каллиграфии. И это еще не все! Девушка играла на лютне, на скрипке, на верджинеле, рисовала картины.

В 1534 году Элизабет вышла замуж за Эммануэля Люкара, тоже торговца. К моменту ее смерти она уже была матерью четверых детей, так что нетрудно догадаться, что свело ее в могилу в таком молодом возрасте. Впрочем, супруг ее обожал, и воздвиг в ее память впечатляющий монумент с трогательной надписью, восхваляющей ученость и прочие достоинства жены.

Флоренс Водем (1530-1596)

Дочь помещика, Флоренс вышла замуж в 1556 года. Через год молодая женщина внезапно заболела и умерла. Ее с надлежащей печалью похоронили в семейном склепе мужа, и на этом история Флоренс закончилась бы, если бы один кладбищенский вор не решил бы ограбить труп. Он сдвинул крышку гроба, и принялся стаскивать дорогие кольца с пальцев покойной. И вдруг покойница открыла глаза, и склеп огласился визгом Флоренс и криками насмерть испуганного вора.

Счастью семьи не было предела, воссоединение супругов увенчалось рождением сына на следующий год. Флоренс пережила своего мужа, и, после его смерти, вышла замуж во второй раз.

Энн Во (1562-1637)

Дочь барона Во и родственница Бьюмонтов и Гастингсов, Энн была убежденной католичкой. Причем, католичкой из тех, кто активно работал в Англии над созданием «пятой колонны». Под именем миссис Перкинс она снимала дома, где проходили проповеди миссионеров. Иногда она представлялась именем своей сестры, Элеанор Бруксби, известной своей кротостью и робостью. В общем, настоящая заговорщица.

Каким-то образом ее имя стало известно властям в связи с событиями Порохового заговора. Она была арестована, но вскоре выпущена. В марте 1606 года ее арестовали снова, и она просидела в Тауэре до августа. После этого неукротимая дама то ли притихла (что вряд ли), то ли научилась лучше запутывать следы, потому что в следующий раз ее арестовали только в 1625 году.

Кроткая и робкая Элеанор, сестра Энн, не побоялась, тем не менее, приютить у себя в 1586 году католического проповедника, иезуита Генри Гарнета. После его ареста, Элеанор была в бегах. В 1625 году арестовали и ее, и присудили к штрафу в 240 фунтов, но штраф старушка уплатить уже не успела – умерла.
Была еще одна сестра, Элизабет, которую тайно вывезли во Францию, где она стала католической монахиней.

Когда Энн осталась одна, то она и вовсе перестала скрывать свои убеждения, и открыла в Стэнли Грэндж школу для сыновей джентри-католиков, которая, по сути, стала центром активности иезуитов в Англии.

Энн Вэйвасауэр (1560-1650)



Долгая жизнь, полная приключений. Свой первый фурор Энн произвела при дворе в 1581 году, родив сына прямо в дортуаре для фрейлин. Поскольку любовником Энн был не кто иной, как Эдвард де Вер, 17-й граф Оксфорд и любимец королевы Элизабет, за подобную дерзость Энн была отправлена вместе с ребенком прямиком в Тауэр. Сколько она там пробыла – неизвестно, но в 1588 году она точно снова была с графом Оксфордом.

В 1590-м Энн вышла за какого-то моряка, капитана Джона Финча, и немедленно взяла в любовники еще одного аристократа – сэра Генри Ли. Ему она тоже родила сына. И снова связь была очень долгой, потому что в 1605 году Ли стал выплачивать Финчу пенсию в 20 фунтов. Энн он содержал куда как щедрее, оставив ей по завещанию 700 фунтов, дом, в котором они жили, и даже деньги на ее будущие похороны! По замыслу сэра Ли, ее должны были похоронит в гробнице вместе с ним. Правда, подобный план церковь одобрить отказалась.

В 1618 году 58-летняя Энн вышла замуж за Джона Ричардсона, совершенно запамятовав, что Джон Финч все еще где-то жив. Ее осудили за бигамию, заставили заплатить штраф в 2000 фунтов, и приговорили к публичному покаянию, от которого позже освободили.

Маргарет Скипвит (1520 - 1583)

Поговаривали, что Маргарет была любовницей Большого Гарри где-то году в 1538. Впрочем, мало ли кого королю потом историки «сватали», так что неизвестно, правда это или нет. С королем ее объединяет то, что она в апреле 1539 года вышла за Джорджа Талбойса, который был сыном бывшей любовницы Гарри, Элизабет Блант. Сыном, рожденном в законном браке, разумеется. Через год Маргарет овдовела, и была в достаточно сильной репутации при дворе, чтобы ей дали опекунство над сыном Энтони Тоттофта. А в 1546 году она покорила сердце сэра Питера Кэрью.

По какой-то причине, он-то ее сердце не покорил, потому что обратился за помощью своим брачным планам к самому королю. Гарри терпеть не мог вмешиваться в сердечные дела своих подданных, но к концу жизни он стал в определенном смысле менее эгоистичным, и написал Маргарет, рекомендуя ей сэра Питера. Гарри уже умер, когда пара поженилась.

Маргарет, надо сказать, была очень богата. Она имела в Ликольншире восемь поместий, и проводила все свое время там, по-прежнему именуясь леди Талбойс и оставив мужа исполнять его обязанности шерифа в Девоне. Вряд ли отношения супругов были на тот момент слишком теплыми в любом смысле. Известно, что к 1552 году Кэрью был должен короне 2 100 фунтов.

А потом королевой стала Мэри, Кэрью по уши вляпался в заговор Вайатта-младшего и был вынужден бежать, в результате, за границу. Известно, что его супруге приснился сон, что ее муж поскользнулся, поднимаясь на борт судна, упал в море и утонул. Сэр Питер действительно поскользнулся, но его спасли.
А дальше история становится интересной. Разумеется, все имущество Кэрью было конфисковано короной. Но Маргарет выкупила это имущество себе и начала методично закидывать сначала Мэри, а потом Мэри и Филиппа петициями за своего супруга. Она также грамотно подкупала чиновников. После подарка члену Тайного Совета, ее вызвали на заседание, и разрешили переслать мужу деньги.

Но Маргарет требовала ясного королевского ответа на свои петиции. Надо сказать, что Мэри эту даму страшно уважала, говоря о ней, как о «хорошей, любящей жене».

Известно, что сэр Питер посетил тайно Англию (и, возможно, жену) в апреле 1555 года. В сентябре Маргарет отправилась вместе с войсками Филиппа в Брюссель, имея при себе письмо мужа, адресованное Филиппу. Мэри подписала официальное помилование сэру Питеру в начале ноября того же года. Супруги тогда жили вместе, в Брюсселе. Но пока письмо до Фландрии добралось, на дворе был уже март 1556 года, и теперь самой Маргарет было нужно королевское помилование: она задержалась за границей на большее время, чем позволял ей выданный на заграничную поездку патент.

Тем не менее, Маргарет оказалась в Англии раньше мужа. А когда сэр Питер вернулся, то его неожиданно арестовали. За долги короне. Опять же, поговаривают, что этот арест был просто для спасения репутации сэра Питера, который довольно много порассказал о своих сообщниках по заговору. Маргарет, судя по всему, ни о каких слухах понятия не имела, потому что снова начала закидывать королеву петициями. К октябрю сэра Питера выпустили, договорившись о том, как он будет погашать долг.

Интересно, что как только леди Маргарет добилась освобождения мужа, она явно потеряла к нему всякий интерес и снова удалилась в Линкольншир. А как только сэр Питер умер, она вышла замуж за сэра Джона Клифтона. Такая вот своеобразная история.

Дороти Смит (1564-1639)

Дороти, дочь торговца шелков, интересна даже не тем, что выходила замуж четыре раза, и не тем, что три ее дочери стали женами пэров. Интересен ее хорошо известный в те времена характер.

Первым мужем Дороти был торговец Бенедикт Барнем, и в том замужестве характер проявлять некогда: они успели нажить восемь детей, всего четверо из которых дожили до взрослого возраста.

В ноябре 1598 года, Дороти вышла за Джона Пакингтона, которого сама королева Элизабет называла «соблазнительным Пакингтоном» - тот был дюжим мужчиной ростом под 190 см.



Дороти родила Пакингтону троих детей, но уже в начале 1607 года Джон Чемберлэйн пишет своему приятелю, что «сэр Джон Пакингтон и его маленькая, агрессивная леди расстались в отвратительных отношениях».

После разрыва с супругом, Дороти ступила на тропу войны. Неизвестно, в чем она обвинила мужа, но на основании ее обвинения Пакингтон даже был в тюрьме, хотя и недолго. Их отношения рассматривала комиссия арбитража, но председателем этой комиссии был зять Дороти, Фрэнсис Бэкон, с которым она успела поссориться в 1607 году. Зятя она обвинила в том, что он заставил ее 12-летнюю дочь от первого брака выйти замуж за сэра Джона Констэбла. Естественно, решение комиссии было не в пользу Дороти.

После смерти Пакингтона, Дороти поссорилась с мужем дочери Анны, сэром Хэмфри Феррерсом, и с мужем дочери Мэри, сэром Ричардом Бруком – у них были разногласия относительно того, как управлять имуществом, оставшимся от Пакингтона.

Проиграв в очередной раз, Дороти вышла в 1629 году Роберта Нидема, 1-го виконта Килмори. А после его смерти, в возрасте 75 лет, за Томаса Эрскина, 1-го графа Килли
Метки:

  • 1
особенно последняя дама впечатлила - как раз прообраз персонажей анекдотов про тещу -)
а вообще впечатляет самость женщин Англии того времени - судились, выигрывали, торговали...

Справедливости ради стоит заметить, что это, все-таки, подборка))) Меня раздражает мнение о том, что женщины Средневековья и Ренессанса были никем и ничем, вот и выискиваю настоящие истории о настоящих женщинах. Их много. Заодно видно, что истиппая продолжительность жизни тех лет отнюдь не равнялась пресловутым 35 годам. Скорее, ранние смерти были печальной редкостью.

насчет продолжительности жизни,думаю, по-разному было - иначе чем объяснить такое обилие вдов и вдовцов, причем многие ведь и не по одному разу вдовели. "То нее, бывает, мрут, ну а кто не умирает, те до старости живут" :)
на самом деле, как мне кажется, что тогда, что сейчас - ели у женщины были силы и желание, она могла много добиться.
Вот кстати, интересно, а в Московии того же времени как было? А то из женщин того времени только Елена Глинская на слуху. Это не Вам вопрос, просто задумалась )

А царевна Софья? Да, проиграла, но в политике надо быть готовым и проиграть. Да много наверное, было их, смелых и самодостаточных. Даже, пожалуй, боярыня Морозова. Но я не знаток русской истории, увы.

какие у Пакингтона ноги!

Так и показаны же от и до, что называется ))))

так было ведь что показать!
Вообще елизаветинская мода для мужчин не самая выйгрышная была, такими ногами думаю мало кто мог похвастаться :)

Кто мог - тот и хвастался. У Пакингтона, говорят, были амуры с 4 фрейлинами одновременно.

  • 1