Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
Елизавета I - приговор Марии Стюарт вынесен и опубликован
sigrig
mirrinminttu
После того, как все участники суда подкрепились и освежились, заседание продолжилось. На этот раз свидетелями обвинения выступали секретарь Марии Стюарт и ее шифровальщик. Невольными свидетелями, конечно. Зачитывали только их показания, сами они не присутствовали. Вообще-то они годами верно служили этой взбалмошной даме, и даже изредка пытались (безуспешно) донести до ее сознания реальное положение вещей. Что ж, «награду» за верность они получили горькую. Хотя, зная свою хозяйку, вряд ли они ожидали чего-то другого.

на картинках Мария кротка...

Мария просто заявила, что все компрометирующие ее пассажи в письмах включены самовольно секретарем и шифровальщиком, а она и знать о них не знает, и вообще писем не видела.

«Достоинство и безопасность принцев ничего не стоят, если они попадают в зависимость от свидетельств секретарей. Я им ничего не давала и ничего не говорила, кроме того, что когда-нибудь еще буду свободной. Вы не можете судить меня на основании моих собственных слов или записок. Если они написали что-то опасное для сестры моей королевы, они сделали это без моего согласия. И пусть они будут строго наказаны за эту беспрецедентную наглость».

Более или менее в том же духе продолжался обмен репликами с этой милой дамой до конца дня и весь следующий день. А потом суд сделал перерыв на 10 дней. Следующее заседание состоялось уже без Марии, в Звездной палате Вестминстера. Марию Стюарт единогласно признали виновной в разжигании конфликтов в Англии «tending to the hurt, death and destruction of the royal person of our said lady the queen», то есть, в покушении на жизнь королевы. Теперь оставалось только подписать публичную декларацию о решении суда, что неумолимо означало, что Елизавета должна была подписать патент на смертную казнь. И тут-то все застопорилось.

Уолсингем писал Лейчестеру, что, очевидно, Бог наказывает их за маловерие и неблагодарность через личность Марии, потому что хорошо завершенное и необходимое для безопасности страны дело зависло на письменном столе королевы на неопределенный срок.

29 октября 1586 года парламент собрался на продолжение сессии и написал королеве петицию с просьбой согласиться на казнь Марии Стюарт. Все показания и доказательства были рассмотрены на сессии, и парламент не нашел в них ничего, вызывающего хотя бы слабое сомнение в вине Марии.

Но Елизавета отделалась отпиской: она не сомневается в заключении своих парламентариев, просит их принять ее благодарность и просит прощения за свою нерешительность. Что касается вопроса с патентом, то она просит парламент принять ответ без ответа: ”If I should say I would not do what you request I might say perhaps more than I think. And if I should say I would do it, I might plunge myself into peril, whom you labour to preserve”. В общем, «я не сказала «да», милорд, но не сказала «нет».

Елизавету можно осуждать за нерешительность, конечно. Или подозревать в двуличности. Но в вопросе относительно казни Марии Стюарт было так много проблем, действительно много. Сама по себе эта неумная, эгоистичная и взбалмошная бабенка не нравилась никому из имеющих реальную власть. Французский королевский дом, и лорды Англии, и король Испании, да и Ватикан – все сделали свои выводы еще в скандальные времена убийства Дарнли, брака с почти откровенно криминальным Босуэллом, и, главное, тенденции изливать свои эмоции в письмах, оставлять следы своих безумств. Даже для семейства Гизов дама по имени Мария Стюарт была, скорее, обузой, со своей скандальной репутацией.

Но ситуация менялась почти на противоположную, когда эта дамочка рассматривалась, как центр хитросплетения амбиций католиков на рекатолизацию Англии, на превращение ставшей опасно сильной Англии в надежную составляющую желающего вернуть прежнее влияние Ватикана. Если бы только Мария оказалась на английском троне… Да и в самой Англии Мария Стюарт – католичка и родственница Тюдоров – была залогом относительно спокойствия католиков, просто ожидающих, когда она естественно сменит на троне немолодую Елизавету. Чего греха таить, даже на Шотландию было легче влиять, придерживая под рукой фигуру королевы, чтобы молодой король не забывался. Было легче контролировать даже политику других государств. Выхвати из этой паутины ее центр, и неизвестно, куда разлетятся и вокруг чего опутаются фрагменты паутины.

Все это королева должна была принять во внимание.

Принято считать, что нерешительность Елизаветы базировалась на ее страхе дать казнью королевы (пусть и низложенной) прецедент в собственной стране. Похоже, что это не так. Во-первых, самой Елизавете ничто не грозило, в будущее без нее королеву волновало мало. Далее, Мария всегда раздражала Елизавету своей взбалмошностью, а в последнее время, после серии заговоров, раздражение плавно переросло в ненависть, что видно из ее записок Марии и на счет Марии. Не похоже, кстати, что Елизавета даже считала Марию королевой. Скорее всего, ее долгие колебания с признанием королевского статуса Джеймса объяснялись далеко не тем, что Елизавета верила в права Марии Стюарт, а просто стратегией воздействия на потенциально враждебное государство.

Рискну предположить, что никакой нерешительности относительно того, казнить Марию или нет, не было вообще. Был просчет вариантов и выжидание реакций из-за рубежа. В пользу этой версии говорит то, что 4 декабря 1586 года приговор над Марией Стюарт был оглашен публично, что вызвало в наиболее протестантском Лондоне всеобщую радость, вплоть до фейерверков. Теперь оставалось только ждать, не подписывая патент на казнь. Не очень честно по отношению к своим ближайшим коллегам по управлению королевством, но отвечала-то за это королевство именно она, Елизавета. Ей и решать.
Метки:

?

Log in

No account? Create an account